Дворянское гнездо

– Слушайтесь вашего сердца; оно одно вам скажет правду, – перебил ее Лаврецкий… – Опыт, рассудок – все это прах и суета!

- Кто говорит! и я ошибаюсь; мужчина тоже может ошибаться. Но знаете ли, какая разница между ошибкою нашего брата и ошибкою женщины? Не знаете?
Вот какая: мужчина может, например, сказать, что дважды два - не четыре, а пять или три с половиною; а женщина скажет, что дважды два - стеариновая свечка.

- Какое право имею я строго судить других, помилуйте, когда я сам нуждаюсь в снисхождении?

Душа не яблоко: её не разделишь.

Вот какие мысли не покидали её... именно не покидали: они не приходили, не возвращались — они беспрестанно колыхались в ней, как туман.

Отчего я с завистью гляжу на пролетающих птиц? Кажется, полетела бы с ними, полетела — куда, не знаю, только далеко, далеко отсюда.

Нечего мешкать; мешкают одни дураки — да умники.

Следы человеческой жизни глохнут очень скоро.

Смерть не ждет, и жизнь ждать не должна. 

Сухой кленовый лист оторвался и падает на землю; его движения совершенно сходны с полётом бабочки. Не странно ли? Самое печальное и мёртвое — сходно с самым весёлым и живым.

— Еще бы! — воскликнул Базаров. — Человек все в состоянии понять — и как трепещет эфир, и что на солнце происходит; а как другой человек может иначе сморкаться, чем он сам сморкается, этого он понять не в состоянии.

Воспоминаний много, а вспоминать нечего, и впереди передо мной - длинная, длинная дорога, а цели нет... Мне и не хочется идти.

Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения.

Вся проникнутая чувством долга, боязнью оскорбить кого бы то ни было, с сердцем добрым и кротким, она любила всех и никого в особенности; она любила одного бога восторженно, робко, нежно.

Ситниковы нам необходимы. Мне, пойми ты это, мне нужны подобные олухи. Не богам же, в самом деле, горшки обжигать!..

Неужели любовь, святая, преданная любовь не всесильна?

Все преувеличивать было его страстью. Например: о каком бы несчастье при нем не говорили - рассказывали ли ему, что громом зажгло деревню, что вода прорвала мельницу, что мужик себе топором руку отрубил, - он всякий раз с сосредоточенным ожесточением спрашивал: "А как ее зовут?" - то есть как зовут женщину, от которой произошло то несчастие, потому что, по его уверениям, всякому несчастию причиной женщина, стоит только хорошенько вникнуть в дело.

... у Николая оставалось чувство правильно проведенной жизни, сын вырастал на его глазах; Павел, напротив, одинокий холостяк, вступал в то смутное, сумеречное время, время сожалений, похожих на надежды, надежд, похожих на сожаления, когда молодость прошла, а старость еще не настала.