
Кредо
Сергей Лукьяненко, Андрей Мартьянов, Святослав Логинов
4
(24)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
КРЕДО Сергей Лукьяненко
Отличный детективный повестяк. С фантастическим антуражем. Интересный мир, занятная система отношений, добротная фантастическая подкладка (карнации-инкарнации-реинкарнации-вызовдухов и прочая эфемерная составляющая) при лёгком литературном языке (браво, Сергей Васильевич!) — что ещё требовать от небольшой и приятной для чтения детективно-фантастической повести!
ВОЙТИ В БЕЗДНУ Андрей Мартьянов
Эта повесть стала праздничным сюрпризом для замшелого любителя жанров НФ и боевой фантастики. Первая четверть вообще как-то сильно ассоциировалась с "Гравилёт "Цесаревич" Вячеслава Рыбакова — наверное из-за монархического общественно-государственного устройства в обеих книжных Россиях. А потом пошло-поехало — повествование всё больше стало отодвигаться от всех и всяческих сравнений и аллюзий и приобретать всё более самостоятельные черты и детали. Нюансы: параллельно ведутся две линии сюжета, разведённые во времени на 4 месяца (и уж не знаю на сколько там точно парсеков). И одна и вторая линии кажутся совершенно независимыми, но к концу повести они сливаются (что было довольно ожидаемо) в троеточии финала (троеточие потому, что никакой точки не последовало и все последующие события автор либо предлагает читателю домыслить самому, либо... либо жди продолжения, о, Читатель!). Весьма приятные герои (хотя не скажу, что однозначно положительные и безгрешные) обоих полов и разных возрастов населяют обе матрёшки смыслов, что делает поочерёдное чтение глав приятным и интересным. Интересным и приятным. Некоторая героическая и суперменская составляющая, присущая отдельным персонажам, вовсе не делает эту повесть безоговорочно принадлежащей жанру "Боевая фантастика" или "Абсолютное оружие" — я бы всё-таки оставил за ней право относиться к жанру НФ, потому что других, небоевых и несуперменских смыслов и их оттенков в этой повести хватает на разные читательские вкусы и цвЕты. Проблема ИИ (Искусственного Интеллекта) и его взаимоотношений с человечеством — есть. Проблема межнациональных и межэтнических взаимоотношений, а также конфликта культур и кризиса общечеловеческой культуры — да, безусловно. Я уж даже не говорю о такой азбуке НФ, как космические перелёты и освоение вновь открываемых миров, планет и солнц — это вообще лежит в базисе повести. Так что милости прошу — читайте и получайте удовольствие. А я пошёл искать другие труды автора — Андрея Мартьянова.
РАЗ, ДВА, ТРИ, ЧЕТЫРЕ... Святослав Логинов
Довольно необычная коротенькая повесть (или вообще рассказ) маститого и признанного мастера жанра. Хотя... на то он и мастер и на то он и жанр, чтобы представлять читателям неожиданное и развёрнутое тыльным или вверхногамишним ракурсом содержание. Чтобы поглядет на проблему иначе, или поставить читателя (вместе с ГГ рассказа) перед Выбором и посмотреть, а что же он — Читатель — будет делать...

Сергей Лукьяненко, Андрей Мартьянов, Святослав Логинов
4
(24)

Прочиталось быстро, по дороге в центр и назад. Очень порадовала эта маленькая повесть. В духе Лукьяненко, рука мастера легко узнается.
В книге описывается наш мир, наши современники, с одной небольшой ремаркой. Они имеют возможность узнать, кем они были в прошлой жизни. Специальный аппарат - звезда Теслы позволяет на 10 минут заглянуть в прошлое души и узнать прошлую инкарнацию. Прошлое воплощение души Дали было Ван Гогом, души Астрид Линдгрен - Андерсеном. Души главного героя, детектива Артема - легендарным сыщиком Пинкертоном.
Артему предстоить разгадать тайну убийства молодого подающего надежды ученого, произошедшего у него на глазах. Ему удается узнать, что убийство было совершено из-за звезды Теслы.
Хороший детектив, хорошая повесть, мне все понравилось.

Сергей Лукьяненко, Андрей Мартьянов, Святослав Логинов
4
(24)

Школы и институты – они как беспощадное напоминание о тысячах жизней, которые не дано прожить

Казалось бы, что за прок человеку от предыдущей инкарнации?
Принято спрашивать, в чем твое прежнее воплощение добивалось успеха, а в чем, напротив, терпело неудачи. Принято строить свою жизнь исходя из полученных советов.
Но по сути, по сути-то что изменится?
Будь ты хоть Наполеоном – это вовсе не гарантирует тебе воинской славы. Знаменитейшей (и позорнейшей) битвой новейшей истории, «Сражением при Нагасаки», руководил с американской стороны молодой, хотя и болезненный адмирал Роберт Хайнлайн, инкарнация маленького французского сержанта, а с японской – генерал Тодзё, воплощение великого Тоётоми Хидэёси. И что же? Обе стороны допустили такое количество стратегических и тактических ошибок, что только вмешательство Советского Союза под руководством маршала Жукова (инкарнация идеологически правильного уральского рабочего Ваньки Косого) помогло закончить тихоокеанский конфликт.
Есть, конечно, примеры и обратного рода. Прославленный Дали, как известно, был инкарнацией Ван Гога. Компьютерный гений Билл Гейтс в прошлой жизни носил имя Фурье. Воплощением младшего из братьев Люмьер, Луи-Жана, стал режиссер Квентин Тарантино, прославившийся на весь мир своими нежными, лирическими комедиями. Сказочницу Астрид Линдгрен звали когда-то Гансом Христианом Андерсеном.
Но, если отталкиваться от теории относительности Эйнштейна (упрямо отказавшегося проходить Звезду Теслы), совпадения подобного рода неизбежны. Как говорил старый безбожник Бернард Шоу: «К началу цепи инкарнаций всегда прикована обезьяна».

Кто-то легко идет на прием и рассказывает про свои сексуальные фантазии и детские обиды. А кто-то никогда на это не согласится.
















Другие издания


