Цитаты из книги The Odyssey

Прочь! Ненавистный блаженным богам и для нас ненавистен.

Встала из мрака младая с перстами пурпурными Эос

Счастье, когда у погибшего мужа останется бодрый сын, чтоб отмстить...

…Нам ненадолго жизнь достается на свете;        Кто здесь и сам без любви, и в поступках любви не являет, 330 Тот ненавистен, пока на земле он живет, и желают        Зла ему люди; от них поносим он нещадно и мертвый;        Кто ж, беспорочный душой, и в поступках своих беспорочен -        Имя его, с похвалой по земле разносимое, славят        Все племена и народы, все добрым его величают.

Знаешь ты сам, что всегда неверна за неверных порука.

...да пошлют всемогущие боги Олимпа
Им воздаянье за буйную жизнь и за дерзость, с какою
Здесь, не стыдяся, они расхищают чужое богатство!

Горе безумным! Они в слепоте, незнакомые с правдой, смерти своей не предвидят, ни чёрной судьбы, ежедневно к ним подступающей ближе и ближе, чтоб погубить их.

В чужом же Доме, в беседе с людьми, предаваться слезам неприлично. Слезы напрасны: бедам не приносят они исцеленья.

Мы на просторе здесь двое, вином и едой веселяся, Память минувших печалей веселым о них разговором В сердце пробудим: о прошлых бедах поминает охотно Муж, испытавший их много и долго бродивший на свете.

О Одиссей, утешения в смерти мне дать не надейся; Лучше б хотел я живой, как поденщик, работая в поле, Службой у бедного пахаря хлеб добывать свой насущный, Нежели здесь над бездушными мертвыми царствовать, мертвый.

Но и богам невозможно от общего смертного часа Милого им человека избавить, когда он уж предан В руки навек усыпляющей смерти судьбиною будет.

Ифит отыскивал также пропажу: коней и двенадцать Добрых жеребых кобыл и могучих работников мулов. Ифиту иск удался; но погибелью стала удача: К сыну Зевесову, славному крепостью силы великой Мужу, Гераклу, свершителю подвигов чудных, пришел он, – В доме своем умертвил им самим приглашенного гостя Зверский Геракл, посрамивши Зевесов закон и накрытый Им гостелюбно для странника стол, за которым убийство Он совершил, чтоб коней громозвучнокопытных присвоить.

Сила вина несказанна: она и умнейшего громко Петь, и безмерно смеяться, и даже плясать заставляет; Часто внушает и слово такое, которое лучше б Было сберечь про себя.

Одиссей же не знал, что приличней: Оба ль колена обнять у прекраснокудрявыя девы? Или, в почтительном став отдаленье, молить умиленным Словом ее, чтоб одежду дала и приют указала?

"Сам же себя, Евримах, ты считаешь великим и сильным Лишь потому, что находишься в обществе низких и слабых. Если б, однако, нежданный никем, Одиссей вам явился - Сколь ни просторная плотником сделана дверь здесь, она бы Узкой тебе, неоглядкой бегущему, вдруг показалась."

Горе тому, кто себе на земле позволяет неправду!

Яркое солнце, покинув прекрасный залив, поднялося На многомедное небо, чтоб свет свой на тучную землю Лить для бессмертных богов и людей, порожденных для смерти.

Дий же и низким, и рода высокого людям с Олимпа        Счастье дает без разбора по воле своей прихотливой; 190 Что ниспослал он тебе, то прими с терпеливым смиреньем.