Цитаты из книги Tono-Bungay

…в наше время именно от денег зависит, какие мысли и факты станут достоянием широкой публики. — книга третья, глава 1 (V)

Торговля правит миром. Скорее богатство, чем торговля! Это верно. Но верно также и утверждение дяди, что кратчайшим путём к богатству является продажа самой дешёвой дряни в самой дорогой упаковке. — книга вторая, глава 2 (III)

— Застывшее баранье сало — вот что такое Уимблхерст! Холодное, застывшее баранье сало! И я завяз в нём по самое горло. Здесь не происходит никаких событий и никто не хочет, чтобы они происходили, кроме меня! — книга первая, глава 3 (I)

— Я помню твоего дядю мальчиком, с тех пор мне не приходилось его видеть, — сказала она. — Про него говорили, что он очень смышлёный, — прибавила она явно неодобрительным тоном. — книга первая, глава 2 (IV)

Оглядываться на прошлое — это всё равно, что рыться на заброшенном чердаке, где второпях побывал какой-то вор. — книга первая, глава 1 (VII)

…как непоследовательна и ненадёжна человеческая память. Можно воскресить в памяти те или иные поступки, но нельзя вспомнить их мотивы; можно ясно представить себе те или иные события или отдельные эпизоды, но трудно объяснить, чем они вызваны и к чему привели. — книга первая, глава 1 (VII)

Она, конечно, совсем особенная, эта Англия, — кое-где она даже величественна и полна милых сердцу воспоминаний. Но подлинная сущность того, что скрывается под мантиями, остается неизменной. А сущность эта — жадное торгашество, низменная погоня за барышами, беззастенчивая реклама; королевский сан и рыцарство, хоть и облачены они в пышные мантии, давно умерли,.. — книга четвёртая, глава 3 (II)

Люди, как правило, сочувствуют скорее натиску и предприимчивости, чем элементарной честности. — книга четвёртая, глава 2 (I)

…наше фантастически устроенное общество одарило дядюшку несметным богатством, властью и неподдельным уважением. Это всё была баснословная плата за смелую выдумку, награда за единственную реальность человеческого бытия — иллюзию. — книга третья, глава 1 (III)

Нет ничего простого на этом свете. В любом злодеянии есть элементы справедливости, в любом добром деле — семена зла. — книга вторая, глава (IX)

Некоторые думают, что можно разбогатеть на одной только удачной идее, не затратив на это упорного труда. Любой миллионер, за исключением нескольких счастливчиков, подтвердит, что это — заблуждение. — книга вторая, глава 3 (I)

— Послушай, если ты заглянешь в этот шкаф, то найдешь на тарелке черствую, но ещё съедобную булочку, нож и масло в аптечной банке. Дай всё это мне, и я позавтракаю. <…> Поговорим об искусстве, литературе и обо всём остальном... Да, это та самая банка. Что? В ней таракан? Уничтожь проклятого вора… — книга вторая, глава 1 (III)

Они норовят обмануть тебя, а ты обманываешь их. Совсем как в лесу, где гнездятся разбойники. В этом есть своя романтика. Романтика коммерции, Джордж. Как будто ты сидишь в засаде где-нибудь в горах! — книга первая, глава 3 (I) — Эдуард Пондерво

…[на иллюстрациях в газетах] мелькали добродушные, ничего не выражающие лица членов королевской фамилии, которые отправлялись с визитом туда-то, присутствовали на открытии чего-то, женились, рождали детей, величественно лежали в гробу — одним словом, умудрялись делать всё и в то же время ничего — удивительные, благосклонные, но непонятные люди… — книга первая, глава 2 (I)

Но в наше время, когда жизнь бьет через край, когда предметов первой необходимости с избытком хватает на всех и борьба за существование выливается в соперничество рекламы и стремление пустить соседу пыль в глаза, когда человеку не так уж необходимы ни храбрость, ни крепкие нервы, ни истинная красота, только случай помогает нам познать самих себя.

В английской провинции в пору моего детства каждое человеческое существо имело своё «место». Оно принадлежало вам от рождения, подобно цвету глаз, и определяло ваше положение в жизни. Над вами стояли высшие, под вами — низшие; кроме того, имелось несколько сомнительных фигур, положение которых было весьма спорным, но в повседневной жизни мы считали их равными себе. — книга первая, глава 1 (II)

Кто может рассказать, как мало-помалу происходит отчуждение между супругами, как постепенно начинает угасать физическое влечение, а затем исчезают и все другие чувства?