Цитаты из книги The Odyssey

...весьма неразумно и скучно Снова рассказывать то, что мы уже рассказали однажды.

Все на земле изменяется, все скоротечно; всего же, Что ни цветет, ни живет на земле, человек скоротечней...

Но человек ты надменный, и дух у тебя неприветлив. Ты потому лишь себя почитаешь великим и сильным, Что меж ничтожных и малых людей свое время проводишь.

Бурно с вершины Олимпа в Итаку шагнула богиня.

Там на дворе, у порога дверей Одиссеева дома,

Стала она с медноострым копьем, облеченная в образ

Гостя, тафийцев властителя, Ментеса; собранных вместе

Всех женихов, многобуйных мужей, там богиня узрела;

Было ли в пользу ему, что имел он железное сердце?..

Доброе имя одежды опрятностью мы наживаем

Странно, как люди охотно во всем обвиняют бессмертных! Зло происходит от нас, утверждают они, но не сами ль Гибель, судьбе вопреки, на себя навлекают безумством?

Самый разумнейший может лишиться мгновенно рассудка, Может и слабый умом приобрести несказанную мудрость.

Вот что: дадим-ка еще по большому треножнику каждый И по котлу. А себя наградим за убытки богатым Сбором с народа: столь щедро дарить одному не по силам.

Всегда неверна за неверных порука.

Редко бывают подобны отцам сыновья; все большею частию хуже отцов и немногие лучше.

Мать уверяет, что сын я ему, но сам я не знаю: Ведать о том, кто отец наш, наверное нам невозможно

Я тебя здесь, Телемах, задерживать долго не буду, Раз ты уехать желаешь. И сам негодую на тех я Гостеприимных людей, которые любят чрезмерно И ненавидят чрезмерно. Во всем предпочтительна мера. Нехорошо и к отъезду гостей понуждать против воли, Нехорошо и удерживать тех, кто желает уехать. Гость к тебе в дом — принимай; если хочет уйти — не препятствуй…

Смертным увидеть не можно Бога, когда, приходя к ним, он хочет остаться невидим.

Дух мой вынослив. Немало трудов перенесть мне пришлося В море и в битвах. Пускай же случится со мною и это. Только желудка — его нам осилить никак не возможно. Жадный желудок проклятый, он бед нам приносит без счета. Люди ради него и суда крепкоребрые строят, Беды готовя врагам на море, всегда беспокойном.

Как ни скорблю я, однако, но дайте, прошу вас, поесть мне. Нет подлей ничего, чем наш ненавистный желудок. Хочешь — не хочешь, а помнить велит о себе он упорно, Как бы ни мучился кто, как бы сердце его ни страдало. Так же и я вот: как сердцем страдаю! А он непрестанно Просит еды и питья и меня забывать заставляет Все, что вытерпел я, и желает себя лишь наполнить.

Пусть тебе боги дадут, чего и сама ты желаешь, — Мужа и собственный дом, чтобы в полном и дружном согласьи Жили вы с мужем: ведь нет ничего ни прекрасней, ни лучше, Если муж и жена в любви и в полнейшем согласьи Дом свой ведут — в утешенье друзьям, а врагам в огорченье; Больше всего ж они сами от этого чувствуют счастье.

Сладостней нет ничего нам отчизны и сродников наших...