История веры и религиозных идей: от каменного века до элевсинских мистерий

Элиаде - это, конечно, корифей религиоведения, но я даже не думала, что настолько! Его "История веры" - это великолепный, увлекательный труд, который читается как художественный роман, на одном дыхании. Неудивительно, что его также относят к одному из основоположников феноменологии религии - он так искусно смог выделить основные пункты, которые присущи любому верованию; будь то культ, этимология религиозной терминологии, космогония, теогония, мифология и т.д. Благодаря этому через всю книги проходит как бы путеводная нить, связывающая каждую главу - а ведь каждая глава посвящена отдельной религии. За счёт этого, как мне показалось, создаётся ощущение единства, что и делает книгу похожей на роман. Непонятно в связи с этим отношение к Элиаде как к "устаревшему" классику религиоведения - главная претензия-то в том, что он не занимался полевыми исследованиями, что он "всего лишь" теоретик. Надо бы поискать ещё таких гениальных, действительно чутких к предмету своего исследования теоретиков! Будто бы Фрэзер и Тайлор не теоретики - однако до сих пор многие придерживаются их, не оправдавшей себя, эволюционной теории развития религий! Снимаю шляпу перед Мирчей Элиаде - воистину, его труды - это необходимая интеллектуальная база для любого религиоведа.

Читая научную и научно-популярную литературу по истории религии, у меня складывается впечатление, что нынешние служители церкви её либо не читали вообще, либо делают вид, что не читали. Ибо, достаточно даже поверхностного знакомства с первым томом труда М.Элиаде, чтобы понять каким образом сформировались практически все библейские истории, вошедшие в Ветхий и Новый Заветы. И что они (истории) явно заимствованы из более древних эпосов, мифов и религиозных традиций. Эпосы шумеров и жителей Месопотамии, истории о Гильгамеше и Заратустре, включают в себя и легенду о Потопе, и о Воскресении, и покаянные псалмы, и стояние на коленях, и прообраз Экклесиаста, и, почти точно (по сюжету), Книгу Иова, а также упоминание об окроплении водой в ходе обряда инициации, эсхатологические воззвания и пр., и пр., и пр. А за пониманием этого должен последовать довольно простой логический вывод - Библия (и сходные с ней религиозные творения) не уникальная книга, а всего лишь сборник мифов, приспособленных для нужд определённого народа. Уверен, что к этому выводу приходит и Элиаде, т.к. его оценки христианства и предшествующего ему культа Яхве, очень аккуратны и выверены. Что не удивительно, если понимать, в какой стране он жил, когда писал "Историю веры..."

Труд Элиаде монументален, его систематизация религиозных идей заставляет восхищаться тем объёмом знаний, который вместил в себя один человек. Однако, несмотря на свою академичность, книга читается довольно легко, кроме, пожалуй, раздела про брахманы, где автор злоупотребляет ссылками на первоисточники (иногда по 5-6 на абзац) и этим делает ритм чтения рваным и тяжёлым.

Приступая к своей «Истории веры и религиозных идей», Мирча Элиаде имел целью дать читателю представление о мировых религиозных процессах и об их единстве. Элиаде склонен считать человека религиозным изначально, по его мнению, «священное» входит в саму структуру сознания, а не представляет некую стадию его истории». То есть творящее сознание человека склонно к сакрализации того, что находит важным, настоящим и выделять его из общего потока жизни.

На самых архаических уровнях культуры жить, как подобает человеку, — само по себе есть религиозное действо, потому что принятие пищи, половые отношения и труд имеют сакраментальную ценность. Другими словами, быть — а еще вернее, стать — человеком означает быть «религиозным».

"La Nostalgie des Origines", 1969, p. 7 sq.

Второе, что, по мнению Элиаде, сделало человеческую культуру такой, какая она есть – это переход к охоте.

«Ибо человек есть конечный продукт решения, принятого «в изначальном времени»: решения убивать, чтобы жить. Коротко говоря, гоминиды успешно оторвались от своих предшественников, став мясоедами».

Отталкиваясь, от этой базы, Элиаде, в исторической последовательности дает обзор религиозных представлений людей, начиная с палеоантропов. Нет смысла пытаться пересказывать в рецензии то, что описано в первом томе, охватывающем период от каменного века до рубежа нашей эры, отмечу лишь то, что показалось мне особенно интересным.

1. История человеческой культуры древнее, чем это представлялось до последнего времени. То, что традиционно принято считать началом цивилизации, всего лишь переход от циклического времени к линейному и историческому. Открытие радиоуглеродного анализа привело к новой датировке многих археологических находок и архитектурных сооружений. Например, в Таиланде найдены свидетельства земледельческой культуры еще около 9000 г. до н.э. Также многие мегалитические комплексы были признаны более древними, из-за чего рухнула теория, что мегалитическая культура имеет общий источник в Средиземноморье. Стоунхедж отныне может претендовать на вполне самостоятельное значение в культурной истории человечества, хотя и не становится от этого более понятным.

2. Ряд устойчивых религиозных представлений, общих для многих религий. Например, легенда о Великом потопе присутствует не только у древних евреев и близких к ним по местоположению шумеров, но и в мифах австралийских аборигенов, американских индейцев, некоторых гималайских народов. Элиаде, при этом, не склонен считать, что такой потоп имел место в реальности, по его мнению, это символическое отражение некого процесса в развитии человека. Другой идеей, общей для многих культур, стало представление о существовании оси мира, которой является чаще всего дерево жизни или священная гора. Эта ось обычно соединяет верхний, средний и нижний миры, а в религии символизируется либо вертикальным шестом, либо горой, либо храмом.

3. Святость женщины не в непорочности, а в материнстве и способности рожать, подобно земле, приносящей плоды. После перехода от охотничьего образа жизни к земледельческому религия поклонения тотемным предкам повсеместно заместилась культами плодородия, для которых характерна цикличность праздников и важность сексуальной магии.

4. Религии более развитые начинают заниматься этическими вопросами взаимодействия человека с человеком, человека с миром и человека с богом. Эсхатологические вопросы (связанные с жизнью после смерти и конечностью мира) свойственны религиям древних евреев, зороастрийцев (персов) и индоариев.

При энциклопедическом охвате материала (один только список источников занимает более двадцати процентов объема книги) Элиаде свойственна живая манера изложения, которой невозможно не увлечься. Рассказ об истории религии становится гимном творческим способностям человека, не растерявшегося в этом огромном мире, а научившемся с ним обращаться и его истолковать. Рекомендую всем, кто серьезно интересуется историей религий и развитием человеческой культурой. Эта книга даст массу интересных сведений и пищу для размышлений. Лично я двигаюсь ко второму тому: История веры и религиозных идей. От Гаутамы Будды до триумфа христианства .