Make Me

– Где вы живете?
– Нигде. В целом мире. Сейчас – здесь.
– У вас нет дома?
– А какой смысл в доме, если я там не живу?

За то, чтобы напоследок побаловать себя. Как отправиться в салон, чтобы сделать маникюр, с которым вполне можно управиться дома.

– В Америке каждый год происходит сорок тысяч самоубийств, – сказал он. – По одному через каждые тринадцать минут. С точки зрения статистики, мы с большей вероятностью убьем себя, чем друг друга. Кто это знал?

Сейчас у семейного «Бьюика» есть нейтрализатор выхлопных газов. И никакой тебе окиси углерода. Во всяком случае, ее не хватит. Ты получишь головную боль и сыпь. Виски остается неизменным, но снотворное изменилось. Если выпить все сразу, то будешь спать около полутора суток и проснешься живым. В Америке жизнь стала слишком защищенной.

Беллетристика ему нравилась больше, чем факты, потому что они часто оказывались ложными.

Безумцы, которые звонят, говорят и говорят без конца, и не слишком внятно. По большей части мы используем категории. Такой вид чуши или иной. В конце концов, когда у меня заканчивается терпение, я блокирую их звонки. Мне все-таки нужно когда-то спать.

Джек засунул руку в карман и сжал пальцами рукоять пистолета. Тот был самовзводным, без предохранителя. Никаких проблем – целься и стреляй.

– Ты псих.
– Возможно, – ответил Ричер. – Но не забывай, что таким меня сделал Дядюшка Сэм.

– Какого рода военный коп?
– Армейский, – ответил Ричер.
– И что вы для них делали?
– По большей части то, что мне приказывали. Всего понемногу. Как правило, расследовал преступления. Мошенничество, кражи, убийства и измена. Все, что совершают люди, если им позволить.

Маленький, тихий сельскохозяйственный городок не пользовался популярностью среди путешественников. Все, что требовалось пассажирам, находилось между последним элеватором и громадным металлическим сараем и представляло собой крошечное здание, внутри которого имелись билетная касса и зал ожидания, – стандартный железнодорожный вокзал, только похожий на детскую игрушку, оставленную между двумя сверкающими бочками с нефтью.

Ричер отдал хозяину пять тысяч из оставшихся денег. Пришло махом, ушло прахом.

В военных кругах всегда уважали агрессивное преследование ...

Неожиданная концовка возможна лишь однажды.

Ответ на этот вопрос они получили в следующее мгновение, когда послышался свист летящей пули, пробившей деревянную стену в ярде от их голов. А через долю секунды прозвучал грохот выстрела. Скорость распространения звуковой волны ниже скорости полета пули.

Будущее журналистики. Интернет все изменил. Теперь новости стали личными. Репортер должен находиться в гуще событий. Отчет от первого лица. И он сам должен стать историей.

Автомат находился в хорошем рабочем состоянии. Как и большинство «узи». Простой механизм, созданный для войны, какая она есть, а не для такой, какой должна быть. Многие сказали бы о «калашникове» то же самое. Пистолеты – совсем другое дело. В особенности «беретта». Это очень точные инструменты. Превосходная конструкция, прочные, как гвозди, но требующие минимального ухода.

Вот почему я спросил о внезапно появившемся друге. Их называют партнерами по самоубийству. Они совершают его вместе. Берутся за руки и прыгают, если можно так выразиться. Такие сайты их притягивают.

Это как визит в чужую страну. Нужно изучить их язык. И обычаи, что еще важнее.

По-настоящему победить можно, только не вступая в сражение.