Civilization

Одиночество бегуна на длинной дистанции

Почему одни народы богатеют, а другие нет — вопрос во все времена не праздный. В формулировке Фергюсона он звучит так: как случилось, что Западная цивилизация, еще в начале XV века прозябавшая на задворках Евразии и по всем параметрам — экономическим, технологическим, демографическим — сильно отстававшая от богатого Востока, в течение следующих столетий совершила невероятный рывок и достигла безоговорочного мирового господства? Автор сразу предупреждает: его будут интересовать не достижения высокой культуры, а «продолжительность и качество жизни людей». Вдобавок, по мере чтения книги мы убеждаемся, что «качество» на самом деле понятие количественное: сколько предметов одежды имели люди той эпохи, как много должны были работать, какую пищу могли купить? Бесконечные цифры, проценты, соотношения, графики, таблицы, расчеты строгими военными колоннами заполняют всю книгу. «Цивилизация» Фергюсона — явление в высшей степени бухгалтерское. Впрочем, ведь и бухгалтерский учет — западное изобретение.

Историку, который задумал «мыслить цивилизациями», предстоит решить два крайне важных вопроса. Первый заключается в предмете, второй — в методе. Что такое «цивилизация», во-первых, и как ее изучать, во-вторых. Метод, в общем-то, диктуется предметом. Если для Фергюсона (британца шотландского происхождения, автора уже изданных на русском «Восхождения денег» и «Империи») цивилизация это в первую очередь социальная организация, совокупность общественных институтов, то нечего и удивляться засилию цифири и микрофактов. Напротив, именно так и следует изучать формирование представительного правления, развитие банковской системы, научную революцию и возникновение общества потребления. В этом смысле Фергюсон является продолжателем (точнее популяризатором) дела великого Броделя, автора фундаментальной «Материальной цивилизации, экономики и капитализма, XV—XVIII вв.» (1979). Но что если цивилизация — это скорее ментальная картина мира?

Фергюсон последователен: он не признает такую точку зрения, хотя, разумеется, знает о ней (даже упоминает Шпенглера). В своем 500-страничном томе он лишь раз заходит на «альтернативную территорию», чтобы тут же бежать, ухватив то немногое, что лежало на поверхности, — христианство. Да и оно автору понадобилось только для того, чтобы обосновать появление культа труда и бережливого накопительства в протестантских странах по обе стороны Атлантики. Поступая так с духовной традицией, он не может не понимать, что (вслед за харизматами) обесценивает ее — и потому уже не удивляется, когда отмечает, во что превратилась церковь в Америке — в аналог «мультиплекса», где люди с удовольствием проводят свой досуг. А на другой половине земного шара японцы и китайцы энергично заимствуют христианство в рамках базового набора «Шесть слагаемых западного успеха» — наряду с конкуренцией, фундаментальной наукой, медицинскими стандартами, потребительской гонкой и отношением к собственности. Но что если следствия ошибочно приняты за причины?

Читая эту книгу, вы, несомненно, узнаете много любопытного. Например, что средний рост англичан в XVIII веке составлял 170,2 см, а японских воинов — 158,8 см, «так что когда Восток и Запад встретились, они не сумели посмотреть друг другу прямо в глаза». Или в чем ошибался Карл Маркс, почему Советы скопировали бомбу, но не джинсы, и каким диктатором стремился стать «освободитель Южной Америки» Боливар. А может, вас удивит тот факт, что когда в 1542 году городской совет Базеля запретил печатать латинский перевод Корана, никто иной как Лютер выступил на его защиту, мотивируя классическим «врага нужно знать в лицо». За лавиной фактов, однако, разговор о причинах возвышения Запада незаметно перерастает в рассказ о его выгодах, а затем и вовсе исчезает в споре между факторами «подлинно западными» (имеющими, разумеется, чисто англо-саксонское происхождение) и теми, что не могут похвастаться «безупречной родословной» (немецкие, французские, испанские; о русских, кстати, и вовсе речи нет). И когда в эпилоге Фергюсон задается вопросом, каков смысл (буквально: будущее) радикального подражания Западу со стороны «восточных драконов», ему нечего сказать, кроме запоздалого сожаления об «утрате веры в цивилизацию предков». Ведь так и осталось непонятным — если Запад изобрел столько много чудесного, то кто «изобрел» самих изобретателей? По Фергюсону, в 1500 году все народы находились примерно на одной стартовой линии, а в 1900-м победу праздновал за явным преимуществом один бегун. Только сдается мне, автор перепутал спринтерскую дистанцию с марафоном, и стартовый выстрел прозвучал не на закате, а много раньше, еще на заре. На заре человечества…

«Если у тебя есть фонтан - заткни его; дай отдохнуть и фонтану», - завещал нам мифический Козьма Прутков.

Но Ниал Фергюсон, очевидно, не был знаком с кладезью прутковской мудрости. Его фонтан бил без устали, наполняя мир новыми и новыми фактами, историями, цитатами, рассуждениями, призванными проиллюстрировать ответ на довольно интересный вопрос - «Почему Запад? Почему эти наследники вшивых и невежественных рыцарей, полуголодных и умирающих от отсутствия гигиены крестьян внезапно вырывались впереди планеты всей? Чем таким обладали западные люди, что позволило им обогнать могущественнейшие из империй прошлого?»

Собственно, этот вопрос как рыболовный крючок ловит читателя в самом начале. А кому не хочется найти некий универсальный ответ, который легко и просто бы объяснил ход истории?

Но дальше… дальше проще всего представить карту.

Вот представьте себе, что вы хотите придти к точке А, обозначенной на карте где-то в дальнем правом углу. Намечаете путь — первый поворот направо, затем второй налево и прямо до конца. Идете. И внезапно понимаете, что реальность и карта сильно расходятся. То, что выглядело на карте простым и четким, превращается в какой-то бесконечный лабиринт переулков, едва намеченных тропок (а считать ли это за дорогу?), нежданных тупиков там, где должен быть тракт. И вы недоумеваете, пытаясь найти первоначально намеченный маршрут, затем обращаетесь к карте и пытаетесь проложить его снова. А через несколько суток блужданий, вы уже не помните толком — зачем вам вообще понадобилось в эту точку А? И что такое это А собой представляет? А дальше два пути — махнуть рукой и просто плестись вперед по воле случая. Либо повернуть назад, потому что вы уже все равно не слишком надеетесь достичь цели. Да и была ли эта цель?
Карта - это содержание и предисловие книги, где уже, в целом, обозначены все те основные преимущества Запада, которые, на взгляд автора, явились секретом его прогресса. Фергюссон не томит нас интригой, он с ходу раскрывает карты и говорит - вот они, шесть вещей, которые подобно мощным рысакам вынесли Запад вперед в цивилизационной гонке: конкуренция, наука, собственность, медицина, потреблением, работа. И читатель удовлетворенно кивает, готовясь следовать по этой карте по обозначенному заранее выводу. Но тут начинаются странности… Словно бы автор так долго и глубоко погружался в историю, что так и не смог вынырнуть на поверхность. Он рассказывает нам историю за историей, и скоро создается ощущение, что мы присутствует в бесконечном лектории, где призрак Юваля Ноя Харари пытается в нескольких сотнях страниц рассказать нам историю человечества. Фергюссон по сути делает ровно то же самое — рассказывает мировую историю, преломляя ее под разными углами. Проблемы Японии сменяются крахом Советского союза, становление независимости в штатах — влиянием христианства на китайцев, и все это приправляется соусом многочисленных отсылок к разным периодам. Безусловно, для любителей истории будет интересно читать про то, сколько стоили джинсы на черном рынке советского союза, или как в принц Эдуард в письмах отзывался об японском принце Хирохито. Но обилие фактов уводит с ясной тропы и очень скоро обозначенная самим же автором структура книги превращается в миф. Поэтому не стоит читать ее, ожидая легкого пути и ясных ответов. Но вполне стоит, чтобы насыщаться историей, наполняя голову новыми фактами, а душу — сомнениями.

Но если все же если бы Ниал Фергюссон вовремя свел знакомство с Козьмой Прутковым, то знал бы, что «Нельзя объять необъятное». По крайней мере, в одной книге.

Это случилось более 10 лет назад. Мы – это такой узкий круг: мой немецкий коллега, евродепутат от Германии, переводчик, - «нас было четЫре на челне» - сидели в кафе гостиницы в Старом городе Гданьска. Был такой глубокий ноябрь, как всегда моросящий или идущий небольшой, но постоянный дождик, сыро-уютно-каминное настроение. Либо для книжки, либо для беседы. Времени – вагон: разместились около 17 вечера, выезжать на следующий день в полдень. Поскольку отношения нужно выстраивать до того, как можно что-то попросить у человека, то и начали общаться с евродепутатом задолго до поездки, а встречал я - задолго до границы. Антураж – более чем европейский: средневековый ганзейский город за тепло сберегающими окнами – какие ещё символы нужны? Встречи прошлого и настоящего, как написал бы советский журналист-международник. Итак.

Специальной тематики дискуссии, конечно же, не было. Хорошее настроение, хороший коньяк, отличная компания, - ну, что ещё надо, чтобы встретить старость? Запада. Ещё не было такого наплыва иммигрантов, но уже была то ли 3-х, то ли 4-х миллионная турецкая диаспора, уже утверждавшая, что это турки восстановили Германию после войны. Ещё не были столь очевидны вассало-сюзеренные проявления отношений между Европой и США, но весело было слушать ответ евродепутата, что смертная казнь в штатах США – показатель недемократичности. Ещё вопросы о странной промышленной политике в отношении молодых и здоровых новых членов ЕС у меня даже не созрели, так, помню, был один вопрос о заводе ВЭФ в Риге, но только потому, что накануне с приятелем обсуждали руины бывшей гордости СССР. Проговорили-проспорили часов до 4-х. Задорно так спорили, с огоньком, почти комсомольским. Как у Ангелы Меркель в молодости. А поскольку в университете учили: язык вам дан не для того, чтобы открывать свои мысли - узнавайте чужие, - то я как бы и «нападал», давая в позитиве такие вещи, как 500-летнее совместное проживание в одной стране с мусульманами, ну, и понимание кое каких вещей из исламской культуры. Так что всё больше – «про Запад»: какой же русский не любит быстрой, как молния, аргументации о «загнивании» и прочих приятных вещах!

Такой вот большой кусочек, прямо не относящийся к интересной книжке – такой вот знак-значок, символ. Отношения к Западу. И это – ещё не всё, то есть ещё чуток не о книге.
Как я отношусь к Западу? С ненавистью за его недостижимый (пока) для нас стандарт жизни? Слушайте, носить западного фасона одежду, читать их книги, смотреть их фильмы, восхищаться французской или итальянской пищей и ненавидеть его? Смердяковщина сплошная!

Я его презираю? Путешествовать по Романтише штрассе и балдеть от деревянного иконостаса то ли Х, то ли XI века; офигевать от Кёльнского собора и быстроты немецких строителей, сдавших его всего-то через 800 лет после начала стройки, - презирать за это? Ну, мове тон же!

Ну, а как быть с 27 миллионами погибших по причине похода к нам потомков тех самых кёльнских строителей? Проблемы здесь никакой нет: помнить. Святой памятью. На века. Как помнят поименно, повторю – поименно – еврейские люди погибших в холокост. Проблема не в этом, хотя и связана с Западом. Проблема в вопросе целесообразности защиты Ленинграда и фарисейской «заботы» о жертвах блокадного города. А это уже – наша проблема. Откуда бы ни росли её, проблемы, ноги – с Востока ли, Запада ли, Юга или Севера. Потому как один из уроков Запада всему миру – собственное достоинство. А это означает лишь одно: не рабские кивки в сторону «постороннего», а достоинство ответственности за победы и поражения. И вот я снова спрашиваю себя: презирать Запад за чувство собственного достоинства (для себя) и невыносимое высокомерие к иным, «другим»? Ну, так если презрение возникает, так это презрение челяди в сенях. На «барьё». Так уверен: ни один участник LL челядью себя ни у Запада, ни у Востока не чувствует.

Так как же я отношусь к Западу? В свете, так сказать «Цивилизации»?
Я его обожаю. Можно сказать. Где-то очень глубоко, как говорил незабвенный Новосельцев. И вы помните ответную реплику товарища Калугиной.

Чего Запад не заслуживает? В том числе и в свете «Цивилизации». Двух вещей – точно: пиетета и презрения - ненависти. «Запад нам не пророк и не тюрьма», - говорил Иван Ильин. В точку!
Какого же отношения «заслуживает» история Запада и его сравнение с другими цивилизациями? В свете, наконец-то, непосредственно «Цивилизации». Отстраненно-эмоционального. Как минимум.

Могущество Запада потрясает соображение. Но эмоционально-отстраненный взгляд тут же подпихивает готовую и не такую уж оригинальную идею: а что, могущество Рима и Константинополя – они производили иное впечатление на современников? Или Поднебесная? Могущество фараонов Египта – сравните по времени, кто существовал дольше. Так почему же сегодня Запад господствует над остальным миром? Автор указывает (с последующим разоблачением магических сил во времени – почти 2000 лет - и пространстве) на:
1.Конкуренцию
2.Научную революцию
3.Верховенство права и представительное правление
4.Современную медицину
5.Общество потребления
6.Трудовую этику.

Ильин (кстати, вот от души рекомендую его книжку, замечательную книжку «О русском национализме») писал, указывал, что нужно внимательно относиться к самому понятию «Запад», который, безусловно, представляет собой единую цивилизацию, но разный внутри(какая же кривая фраза, а?!!!). То, что англосаксонский автор соответствующим образом прошелся по России-СССР, уверен, что если бы не прошелся, то даже Александр Андреевич Проханов сильно обиделся на него! Ладно, Россия, - как сказал бы незабвенный профессор Преображенский. Но саксы, саксы без англов, но с баварцами – их-то за что «англосаксонский гений» ставит на место?
Как оказалось, были колонизаторы правильные (вы понимаете – кто), а были – не совсем. Звероподобные. В Юго-Западной Африке (стр. 247). Проводившие медицинские опыты. Разумеется, бесчеловечные. И, конечно же, имевшие продолжение в первой половине 20 века. В известных лагерях. Ну, то есть у них это в генно-кровавой субстанции всё.

Что ещё можно сказать о сущности, ну, как бы «национальном западном характере»? Вот, пожалуй, такой факт. К 1945 году Британская империя надоела почти всем. Кстати, и некоторым критически мыслящим англичанам, как это бывает всегда и везде. Но главное – она надоела «сыновьям большого льва, британского» - США. И с, естественно, варваром Сталиным они договорились дряхлого льва поместить туда, куда помещают дряхлых львов. Какая разница, что в том, что вроде кровь одна? Вот, как-то так.
Потому что здравомыслие, трезвомыслие, блюдение собственных интересов, рациональность – атрибутика Запада. Не только его, разумеется, но он – знамя этих атрибутов. И, повторюсь, атомная энергия не случайно дитя Запада, как нирвана – Востока.

Саморефлексия: кто сказал «мыслю, следовательно, существую»? Но проблема, на мой скромный взгляд, в ином: в обществе циркулируют критические идеи, разные идеи – комплементарные, верноподданнические или – наоборот. Пройдя некую точку невозврата, ни наличие критического взгляда на ситуацию, ни отсутствие сопоставимых по силе внешних «врагов» уже не спасают цивилизацию как систему. Что пишет автор? «Главную угрозу для Запада представляют не исламисты-радикалы или любые другие внешние враги, а наше недопонимание собственного культурного наследия и неверие в него» (стр.339). На самом деле, уж лучше бы – исламисты: культура – штука почти неподъёмная. Но и исламист пошел уже не тот, что «раньш было», - как «Песняры» спевали.

Так какова траектория той части света, что так отличается, по словам автора, от остального мира? С горочки уже, с горки. Рим исчезал не в один год и десятилетие. Здесь будет быстрее, но не сегодня, не сегодня. А что нам до этого?
Во-первых, жаль, конечно, столько лет по соседству жили!
Во-вторых, лучше бы он остался: его-то мы знает, а вот кто придет кто ж его знает!
В-третьих, поскольку привыкла эта часть света скидывать на периферию свои проблемы (суть колониализма), то, исчезая, не потянет ли он по-братски не только нас, но и всех остальных – вопрос.
В-четвертых, слышу, давно слышу вопрос, не, не вопрос – жизнеутверждающее: да мы быстрее сдохнем! На что тоже ответ имеется. Екатеринбуржский: «А не спешите нас хоронить, а у нас ещё здесь дела, у нас дома – детей мал-мала, да и просто хотелось пожить»!
Приятного чтения!

P.S. А разговор тот, гданьский, викторию имел: бюджет нашего проекта вошел в пакет других и был «проголосован» в соответствующем представительном органе. Европейского Союза. И ещё один ПыСы – это о нас, родимых
P.P.S. Родовое пятно западного капитализма – нацеленность на результат. Который можно посчитать, то есть очень конкретный. И не важно – вышел ты рожей или нет. Делаешь результат – вперед! У нас, как рассказал мне вчера один близкий человек, скоко бы красы не было на твоем челе, и палат ума несчислимо, коль не боярско-царский, то есть свой, холоп, холопом и останешься. Со своим общественно значимым результатом. Мораль: есть, есть куда расти!

Британско-американский историк Ниал Фергюсон уже известен русскому читателю своей книгой о Британской Империи Н. Фергюсон. Империя. Чем современный мир обязан Британии ; более продвинутые специалисты знают также его двухтомную историю семейства Ротшильдов ( N. Ferguson. The House of Rothschild: Money's Prophets, 1798-1848 и N. Ferguson. The House of Rothschild: The World's Banker 1849-1998 ), которая встраивается в общий контекст интереса автора к экономической истории мира.

Новая книга Фергюсона поднимает наболевший вопрос о Востоке и Западе, о первом и третьем мире. Это не первая и, несомненно, не последняя попытка систематизировать опыт западной цивилизации и оценить его в мировых масштабах. Фергюсон выделяет шесть "приложений-убийц", шесть явлений, которые сделали небольшой и исходно не очень богатый кусок Евразии самой влиятельной частью мира. К таким явлениям автор относит конкуренцию, науку, собственность, медицину, потребление и работу. Каждому из них посвящена отдельная глава, в которой рассказывается о том, как оно оформлялось, в чем разница Востока и Запада по данному параметру и т.д.

Концепция Фергюсона, по сути дела, ничего нового не добавляет к уже давно обсуждаемой теме. Рефлексия на предмет начал европейской цивилизации, оценка положительного и отрицательного влияния метрополий на колонии, постколониальный мир и восприятие европейских моделей развития стали неотъемлемой частью историографии второй половины ХХ в. Достоинство работы Фергюсона заключается в систематизации, в сведении разноплановой информации под одну обложку, в соединении разных версий от веберовской протестантской этики до рассуждений арабиста Б. Льюиса о начале конца Османской империи (см. Б. Льюис. Что не так? Путь Запада и Ближнего Востока: прогресс и традиционализм ).

Как всякого американца, Фергюсона волнует развитие Китая в последнее двадцатилетие: воспользуется ли Поднебесная отработанным капиталистическим рецептом или внесет в него свои изменения? А если внесет, то каких результатов добьется? Но на такие вопросы приличный историк не должен давать ответы, ведь историки не занимаются прогнозированием.

Однако главный недостаток Фергюсона, как и многих специалистов противопоставляющих первый и третий мир, - молчание о мире втором. России в его в остальном стройной концепции нет, но обходить вниманием всю историю СССР при разговоре о капитализме - это искусство. Фергюсон, видимо, не считал Российскую Империю и СССР колониальными империями, следовательно, они из его концепции просто выпали. Радостная весть в том, что эту дыру, столь распространенную в западной историографии проблемы превосходства Запада (если только это не работы про Холодную Войну и биполярность), можно теперь компенсировать работой А. Эткинда ( А. Эткинд. Внутренняя колонизация. Имперский опыт России ). Но это уже другая история.

Книга была для меня полезной. Она систематизировала мои познания и расширила мой кругозор. Читалась местами легко, захватывало все мое внимание, местами трудновато. Некоторые моменты мне были не понятны, в связи с неглубоким знанием истории. Но в основном книга рассчитана на неподготовленного читателя. Поэтому берем и читаем. Данная рецензия больше носит некий краткий очерк, чтобы зафиксировать лично для себя основные моменты книги.

Автор поднял интересные вопросы и нашел на них свои ответы:

• Почему примерно с 1500 года горстка маленьких государств стала повелевать остальным миром, в том числе густонаселенным, развитыми странами Восточной Евразии?
• А если мы сможем найти убедительное объяснение господства Запада, то сможем ли предсказать его будущее?
• Действительно ли мы наблюдаем новый расцвет Востока

  Автор делает хороший экскурс в историю, показывая, за счет чего Запад стал доминировать. И по его мнению главными источниками могущества, отличающими Запад от остального мира, стали 6 групп уникальных институтов и связанных с ним идей:

  1. Конкуренция (децентрализация политической и экономической жизни, явившаяся трамплином для национальных государств и для капитализма)

• Наука (давшая Западу, кроме всего прочего, подавляющее военное преимущество перед остальным миром)
• Имущественные права (верховенство права как способ защиты собственников и мирного разрешения имущественных споров)
• Медицина (повлияла на качество и продолжительность жизни сначала в Западных, а затем и их колониальных владениях.
• Общество потребления (образ жизни, при котором производство, продажа и покупка потребительских товаров (одежда и так далее) играют в экономических процессах центральную роль. Речь идет не только об одежде, но и обо всей массовой культуре, включающей музыку и кино, безалкогольные напитки и фаст-фуд. Все больше жителей незападного мира спит, моется, одевается, работает, играет, ест, пьет и путешествует так, как жители Запада).
• Трудовая этика (нравственная концепция и образ действия, возникшее отчасти в протестантизме. это сделало возможным устойчивое накопление капитала)

  Некоторые мысли из книги:

• Китай 14-15 век. Самая развитая цивилизация мира; уровень китайской техники, индийской математики и арабской астрономии столетиями превосходил западный. Самый мощный флот. а посещение восточно-африканского побережья в 1416 году во многом сопоставимо с высадкой американцев на Луну в 1969 году. Но потом китайцы свернули программу изучения заокеанских земель, чем лишили себя экономических перспектив.
• Европа 14-15 век. Убогое захолустье, где насилие и войны были обычным делом. Насчитывалось 1000 государств. Продолжительность жизни в 1540-1800 годах в Англии составляла в среднем 37 лет (в Лондоне - 20 лет). До сравнительно малого времени, историю творили как правило молодые.
• Европейские экспедиции 16 века. Гонка за пряностями - была аналогом космической гонки 20 века. Стремление к торговле было отнюдь не единственным различием между португальцами и китайцами. Португальцев отличала Безжалостность. Они творили бесчинства, поскольку знали: открытие нового торгового маршрута может встретить сопротивление. Они верили в насилие.
• В 16 веке города, в которых имелись типографии, развивались быстрее тех, в которых типографии не было.
• Неспособность турок примирить ислам с научным прогрессом имела для них пагубные последствия. Во второй половине 17 века, пока Османская империя прибывала в полусне, правители Европы поощряли развитие науки - как правило игнорируя мнения церкви на этот счет. Наука и государство на Западе стали партнерами.
• Везде английская колонизация привела к лучшим экономическим результатам, нежели испанская или португальская. Английская модель, предполагала наличие широкого слоя частных собственников, а также демократию, работала лучше испанской модели, подразумевавшей авторитаризм и концентрацию богатства в рамках немногих.
• В канун Первой мировой войны Британская империя занимала примерно четверть земной суши и контролировала примерно такую же долю населения планеты. Она почти монопольно распоряжалась морскими путями и международной телеграфной сетью.
• Возникновение общества потребления. Люди до такой степени были тем, что они носили, что нам это кажется удивительным. Ни в чем так отчетливо не проявлялись градации британской классовой системы, как в костюме. Восточная Азия вышла из советского поля притяжения потому, что стала партнером американского общества потребления. Интересное высказывание в 1986 бывшего соратника Че Гевары "Рок-музыка, видео, джинсы, фаст-фуд, новостные сети и спутниковое телевидение сильнее, чем вся Красная Армия". Именно общество потребления привело СССР и его сателлитов к краху.
• Возникшая в 16 веке в Западной Европе разновидность христианства - протестантизм - дала "западной цивилизации версии 2.0" шестое из главных ее преимуществ: этику, поощрявшую упорный труд и бережливость. Согласно некоторым прогнозам, через 30 лет христиане составят 20-30% населения Китая.
• Слова Дэн Сяопина: "Ни одна страна не может развиваться, закрывшись ото всех, не поддерживая международные связи, не привлекая передовой опыт развитых стран, а также достижения передовой науки и техники и иностранный капитал. Мы как и наши предки испытали этот горький опыт.... О самоизоляции не может быть и речи"

  Автор предрекает падение Западной цивилизации и рост Восточной. Финансовый кризис, начавшись летом 2007 года, следует расценивать как ускоритель признанной тенденции - относительного упадка Запада.

  PS. Если у кого нет времени на эту книгу, то прочитайте хотя бы введение и заключение. 80% - заключены в этих главах.

Прекрасная книга хорошего автора. Добавляет информацию в твою общую картину мира. Главное оружие Запада - это общество потребления. Оно хорошо и удобно всем - странам, правительствам, людям. Страдает только матушка-Земля. Именно оно, а не ракеты и авианосцы, победило империю СССР. И почему в Союзе не могли шить гребаные джинсы, я не понимаю вместе с автором этой книги. Со многим в ней я согласен и в целом видение автора совпадает с моим. Но есть и спорные моменты, о них ниже.

Хотя Фергюсон и рассказывает о Западе, но концентрируется в большей степени на англосаксах. Если смотреть еще уже, то он часто говорит о том, что дала миру Англия. Бесспорно, Англию можно благодарить за многие моменты, и в первую очередь за промышленную революцию. Может, без нее на конях мы бы сейчас и не ездили, но импульс и темп долгое время задавала именно Британия. И, конечно, если судить о мире с денежной стороны, то англосаксонская модель самая выигрышная. Но только ли деньги играют роль? Да и судя по нынешнему положению Великобритании, она больше не "Великая" и стала фактическим сателлитом своей же бывшей колонии. Хотя и при хорошем внутреннем уровне жизни. Так что все ли она делала правильно?

Автор перечисляет как сильные так и слабые стороны различных наций Запада, при этом как бы минуя слабости англосаксов. И колонии у них самые сильные по итогу, и финансы. Особенно изумила мысль о том, что более всего геноцидом занимались немцы и русские. И если немцы действительно перестарались в решении "еврейского вопроса" и прочего, то геноцидом у русских автор называет борьбу с кулаками при ранних Советах. Это какое-то совершенно новое вольное прочтение геноцида. А вот навскидку реальные (хоть и не признанные повсеместно) примеры геноцида от англосаксов: Вьетнамская война, ядерная и зажигательная бомбардировка японских городов, ковровые бомбардировки немецких городов вроде бойни в Дрездене, апартеид в Африке, "бремя белого человека" в Индии. И это можно перечислять еще долго, если углубляться в историю дальше. Там вообще все запятнаны, один неописуемый ужас в Бельгийском Конго чего стоит. А примеры успешных колоний британцев возникли в тех местах, где было практически уничтожено местное население, но не будем о грустном.

Многие историки рассматривают успешность тех или иных стран точечно, в отрыве от плавного течения времени. Частично видно это и у Фергюсона. Он хоть и приводит пример уничтоженной цивилизации Рима и рассуждает о возможном упадке нынешнего Запада, но как-то вскользь и несерьезно. Будто об историческом казусе. А вот текущее доминирование Запада он расписывает по пунктам, подробно приводя примеры тому и этому. Все эти пункты важны и многое объясняют: трудовая этика, научный прогресс и демократические институты действительно позволили европейцам выйти вперед. Но мне кажется, что этого недостаточно. Для себя я нашел более простую формулу доминирования европейцев - важны агрессия и дисциплина. Поясню: конкистадоры (или казаки) как и прочие европейцы были родом из земель неплохих, но относительно скудных, им приходилось бороться за выживание, и людские излишки с напором начиная с 15-го века стали покорять чужие богатые земли. Агрессия была основана на жадности и чувстве превосходства, замешанном на религии и технических новинках своего времени. Плюс к этому захватчики была едины, дисциплинированны, находчивы, не разбегались при первых сложностях, и побеждали даже при многократном превосходстве аборигенов.

Агрессия и дисциплина - не абсолютные качества европейцев. Например, есть Швейцария, где было второе, но не было первого. Страна богатая, но кто когда-либо называл ее великой державой? А в Азии есть пример Японии, которая обладала и первым и вторым, но успела этим воспользоваться только на короткое время, пав жертвой еще более агрессивной Америки.

Автор также не упоминает о факторе национализма. Это истинно европейское изобретение 19-го века. Вначале Европа нарезала свою довольно небольшую территорию на национальные государства. Ранее могущественные державы просто хапали те территории, какие могли отобрать и удержать, не задумываясь о народах и языках. В Российской империи русских в общем-то и не было, были православные и иноверцы. А потом высокие прежде всего англосаксонские умы решили, что каждая (ну почти) нация заслуживает свою страну. Но никто до сих пор не может вразумительно ответить, почему, например, словакам положено национальное государство, а швабам, саксонцам, баскам или саамам - нет? Страны посильнее и поумнее наоборот скроили свои "нации" из многих народов и назвали их абстрактными именами вроде "французов" или "немцев". Вы заметили, что чем дальше на восток Европы, тем государства меньше? Совпадение? Не думаю.

Задачу раздробить два оставшихся крупных государства восточной Европы мы сейчас наблюдаем. "Разделяй и властвуй" коллективный Запад применял по всему миру. Африку порезали просто от балды по карте прямыми линиями. И пока они стравливают других на почве национализма (вроде тех же индусов и пакистанцев), сами они пытаются создать квазиобразования типа ЕС, где национальные различия убирают на второй план. И пока Запад един, а остальные страны цепляются за свою национальную идентичность, он и будет на коне.

Надо понимать, что ничто не вечно, и Западу тоже придет конец. Сигналы о деградации общества мы уже получаем. Кто или что придет на смену? Увидим.

Британский историк Нил Фергюсон рассматривает развитие цивилизации в мире после эпохи великих открытий в 16 в. с помощью схемы "приложений", таких как конкуренция, научная революция, представительское управление и верховенство права, современная медицина, общественное потребление, этика труда. Особое внимание уделено различным сценариям развития колониальных отношений в Северной и Южной Америках. А также развитию отношений с аборигенами Африки колониальными властями Великобритании, Франции и Германии.
Автор считает, что западная культура и институции, являющиеся основой имперской модели государства, несут развитие и цивилизацию другим народам. Также ключевым фактором развития автор считает протестантизм.
Примером развития цивилизации Фергюсон считает вестернизацию азиатских стран (Китая, Японии, Южной Кореи, Сингапура) во 2-й половине 20-го века.
В 2011г. автор описывает предпосылки развития Китая как восточной империи и окончания проекта Кимерики.

• більше споживати,
• більше імпортувати,
• більше інвестувати за кордоном,
• більше інновацій застосовувати.

Автор является приверженцем империализма британской модели и не воспринимает другие модели развития, считая их деструктивными:

При всей нелюбви автора к СССР как "последней европейской империи" неправильного типа, он отдает ему должное:

(выделение моё)

Значительная часть текста посвященая развитию легкой промышленности (джинсам), распространению западного стиля жизни в Восточной Европе (в основном через музыку):

То чому не можна було дозволити чехословацьким студентам носити джинси й грати рок-н-рол? Відповідь
полягає в тому, що суспільство споживання становило смертельну загрозу для самої радянської системи, адже воно було ринковим і відповідало запитам самих споживачів — їхньому вибору на користь джинсів,
а не фланелевих штанів, чи вибору на користь рок-музиканта Міка Джаґера, а не піаніста Берта Бакарака.
Крім того, суспільство споживання постійно нарощувало ресурси для задоволення бажань споживачів, а з цим радянська система мала труднощі. Партія знала, чого хочуть громадяни — коричневих поліестерових костюмів, — і віддавала відповідний наказ державним підприємствам. Альтернатива ставала неминуче підривною.
...

Зрештою, Радянський Союз та його союзники зазнали краху як суспільства споживання. Не випадково народні протести 2006 року проти незмінно авторитарного режиму в Білорусі набули вигляду вдягання джинсів — попри те, що Мінськ ще очікує на свою джинсову революцію.

В целом, если абстрагироваться от авторского мнения, книга является неплохим путеводителем по истории цивилизации, раскрывает причины отличия британской и испанской моделей колониализма, описывает особенности войн Европы и Османской империи.

Перевод неплохой, но иногда встречаются моменты, о которые цепляешься в негативном смысле. Например, использование слова "застосунок" вместо "додаток" ("приложение" на русском).

На страницах этой книги содержатся размышления автора по поводу того, что считать цивилизации. Почему в новом времени вперед (стали цивилизацией) вырвался Запад. Чем Восток проигрывает Западу. Каковы причины упадка Срединного Китая, Японии, Африки.

Рассматривает развитие Европы. Рассматривает причины войн и революций. Рассматривает причины упадка Европы и почему Северная Америка стала флагманом, а зная нет - хотя земли там были полны золота и вообще открытие Южной Америки произошло ранее.

Ну и размышляет, почему в начале века образовался СССР и почему он в конце века распался.

И кто на очереди (спойлер - Китай).

Сейчас - по прошествии многих лет после выхода данной книги - наверное, соглашусь с выводами автора, что следующей главенствующей страной на Земле станет Китай.

Интересно, что Россию он тоже считает Азией)

Ну и для того, чтобы стать Цивилизацией - необходима религия и деловая этика. То есть - сплав религии с торговлей. Очень спорный момент, как мне кажется.

Интересна глава про джинсы - много нового узнала)

Первая книга Фергюсона и его самая известная - «Восхождение денег» - произвела на меня довольно положительное впечатление. Да, не супер, но на 4 балла точно тянет. Поэтому пролистывая книгу «Цивилизация» я уже знал, каков стиль автора и его возможности в качестве историка. К сожалению, я тогда не задался вопросом, а может ли историк написать удачную книгу и про деньги и про такую необъятную тему как Цивилизация (западная цивилизация и чем она выгодно отличается от всех остальных). Уже тогда можно было бы вспомнить известное выражение маркетологов, «лучше быть идеальным в одном, чем хорошим во всём». Увы, но даже «хорошим» у Фергюсона не получилось стать в этой книге. Нет, когда читаешь книгу всё как бы OK, но чем ближе к концу, тем больше возникает непонятностей, пик которых приходится на последнюю главу. Но всё по порядку.
Первые три главы (конкуренция, наука, собственность) автор описал довольно кратко и полно. Тут нет никаких неожиданностей. Как мы знаем из курса экономики, конкуренция - необходимая часть любой современной экономики. Без конкуренции наступает болото. В качестве примера автор приводит древний Китай. Далее идёт наука, которая рассматривается на фоне заката османской мощи (и подъёма мощи Европы), где, как пишет автор, ключевая роль принадлежит религии, которая не потерпела присутствие науки в обществе, и, следовательно, была изгнана. Начиная с этого момента, начался закат Османской империи. Тут тоже всё логично. Без науки западная цивилизация не достигла бы таких высот. Третьим и последним удачным моментом книги идёт роль права частной собственности. В качестве примера выступают Северная и Южная Америки и период их захвата и развития. Автор выделяет тот факт, что только разница между поселенцами и то откуда они приехали и что привезли с собой (законы, обычаи и пр.), объясняет, почему в дальнейшем мы получили: развитую северную часть и страдающую от гражданских войн и переворотов – южную. А ключ - в праве частной собственности. У тех, кто приехал заселять Северную Америку, было уже с самого начала право на владение землёй, которое в дальнейшем выразилось в требование «никаких налогов без представительства» и в дальнейшем в полноценные права избирать себе власть. В данной главе автор довольно много внимания уделяет проблеме рабства на этих территориях, но опять же, такой большой вопрос и так мало текста посвященному оному (нужно вместить в одну главу и тему заселения и последующего развития двух Америк, их сравнение друг с другом и отобразить также рабство на этих двух территориях, т.е. сходства, различия и проблемы). Может быть, автор всё упомянул, а может - и нет, трудно сказать не специалисту.
Начиная с 4 главы, начинаются вопросы. Во-первых, глава называется «Медицина», но самой медицине посвящено от силы 3-4 страницы, т.к. всё остальное отдано вопросу «Как европейцы пошумели в Африке» или «Борьба за Африку». Тут с одной стороны, автор пишет, что без медицины, которую привезли сюда европейцы, уровень смертности оставался бы невероятно высоким, но с другой - описывает случаи геноцида со стороны европейцев в отношении непокорных жителей чёрного континента с плавным переходом затем к Первой и Второй мировой войне, где медицина использовалась не только для того что бы спасать жизни. Честно сказать, я не понял, к какому итогу пришёл автор (пришёл ли?).
В главе «потребление» делается небольшой ввод в промышленную революцию и её итог в виде общества потребления. Глава заканчивается беглым обзором тех проблем, с которыми столкнулся Советский Союз, если смотреть на это через призму потребления, а именно популярная версия, что СССР развалился главным образом из-за желания советских людей носить джинсы, пить Кока-Колу и слушать пластинки зарубежных исполнителей. Что, правда, но отбрасывать экономические причины (надорванность, из-за попытки в военном отношении догнать США, явные проблемы экономики в целом, которые ярко высветились в начале 80-х, усталость и неверие народа в идеологическую составляющую и пр.), я считаю большой ошибкой со стороны автора, со стороны историка. Это упрощение.
И наконец, шестая, и финальная глава в которой автор даёт ответ на вопрос, как же Запад получил все 5 факторов (5 глав) которые позволили ему обогнать всех остальных. Ответ: христианство, а именно протестантизм. Вот так радикально и безапелляционно. Всего того, чего достиг Запад, он обязан религии. И если бы не она, то возможно никакого господства Запада и не было бы. И далее, сегодняшние проблемы Запада – финансовый кризис 2008 года, теракты – являются следствием, как пишет автор, дехристианизации Европы (в США всё более или менее нормально с этим, в связи с чем автор с большим упоением описывает количество церквей в США). Но так как мы против полумер, мы должны довести точку зрения до логического конца. Так автор пишет, что отсутствие веры, станет причиной принятие постмодернистских культов (да, тотальное «или-или») «от ароматерапии до дзэна и искусства ухода за мотоциклом». И что только с крепкой верой можно одолеть тех, кто сегодня совершает теракты в Европе и США (ответить на их крепкую веру, своей). Иначе, нас ждёт закат Европы (где-то мы это уже слышали), которое автор сравнивает с разграблением древнего Рима варварами и ни много ни мало, Армагеддоном которым автор заканчивает главу. Если честно, то 6 глава отлично подойдёт для воскресного выступления священника перед своей паствой в каком-нибудь удалённом, небольшом городке на юге США. Вот, прямо, бери и без всяких исправлений читай с кафедры. По-моему, автор сгубил в себе первоклассного христианского проповедника. Увы, но именно 6 глава заставила задуматься о том, насколько 5 предыдущих глав объективны, непредвзяты и не пострадали от излишнего упрощения и подгонки к теории. В связи со всем вышеизложенным, я считаю, что 6 глава перечёркивает все плюсы пяти предыдущих. После того как всё свелось к христианству, мне тяжело верить в объективность автора, а уже последние страницы так и вовсе выдают в человеке какого-то рьяного борца за веру, фанатика, нового крестоносца.
А кто же остался в плюсе, чья империя взойдёт, по мнению автора, в 21 веке? Да, да. Это та страна, в которой, согласно автору, христианство набирает невероятные обороты («Китайский Иерусалим», как автор это обозначил) и которая проходит свой путь промышленной революции. Это Китай (автор приводит многочисленные цифры того, как увеличивается количество церквей, Библий на китайском языке и самих христиан в Китае). Я уже не стал вникать в дальнейшие дифирамбы Китаю со стороны автора (фотография из книги называется так: «Конец западного господства: Барак Обама кланяется премьеру Госсовета КНР Вэнь Цзябао. Ноябрь 2009 г.»), т.к. одной фотографии мне хватило, да и автор в 6 главе сказал уже достаточно на эту тему.
Может Запад и кланяется Китаю, однако лечиться, отправлять детей учиться, отдыхать и даже приобретать недвижимость все почему-то предпочитают всё в той же западной Европе, конец которой нам пророчат, начиная с XX века.

"Европа - это сад... Остальной мир, большая часть других стран мира - это джунгли" (с) Жозеп Боррель, глава дипломатии ЕС, 2022

Вот такой вот нехитрой фразой можно в принципе описать содержимое этой книги. Я уже не первый раз читаю подобную попытку обосновать различия в развитии с европоцентричной точки зрения, и каждый раз это натягивание фактов, манипуляции с информацией, подсвечивание одних данных и замалчивание других. Иными словами, подача предельно однобокая и предвзятая.

Помимо самого содержания еще и читать тяжело, я понимаю, что автор много источников изучил и стремится дать как можно больше данных для подкрепления, но читать это невозможно. Целые абзацы перечисления событий и дат, иногда они идут в произвольном порядке, то есть в тебя выплевывают данные, которые скачут на 30-50 лет туда-обратно в рамках пары предложений - это немного путает. В главах, посвященных медицине, он почему-то пишет про французскую революцию, в главе о работе - про религию и т.п. Ощущения, что человека просто вырвало непереваренными изученными материалами .

Ну и конечно главная цель этого всего - Запад развился, потому что у них демократия и свобода, а все остальные загибаются, потому что у них диктатура и замкнутость (ну или рынок против коммунизма/социализма). В качестве доказательной базы используется конкуренция, наука, собственность, медицина, потребление и работа.

Толчок к развитию Запада дали географические открытия, говорит нам автор, которые открыли новые страны, территории и способствовали развитию торговых отношений. Да, все верно, Ниал даже употребляет кое-где слово "колония", однако аккуратно обходит стороной то, что Запад устроил в этих своих колониях. Слово геноцид не прозвучало ни разу, равно как порабощение, разграбление и прочее в том же духе. Обошел, так сказать, вниманием, целые галеоны золота и серебра, вывозимые Португалией и Испанией из Латинской Америки, а также серебро, ткани, чай, шелк, хлопок из Азии в Британию и Голландию. Все это стекалось в демократические и свободные страны Запада, обеспечивая их бурное процветание и накопление капитала. Удивительно ли, что в таких условиях начинает развиваться наука и техника? Это всегда так работает: сначала приток капитала, и только после решения насущных проблем начинается духовное развитие. Плюс капитал требует расширения, т.е. развития производства, а следовательно средств производства. Автор восхищается Пруссией под предводительством Фридриха Великого, его военную мощь и просвещенный абсолютизм, однако умалчивает, что в этот момент происходило с некогда могучими Испанией и Португалией. Или, например, рядом была Российская империя Екатерины Великой - та же военная мощь и просвещенный абсолютизм, однако Ниалу претит что-то хорошее писать про русских (мы позже убедимся, что автор русофоб), да и какая из России западная страна? Смешно же. Ему надо другое доказать.

Много было сказано про то, как Франция и Британия развивают в своих африканских колониях медицину и транспортное сообщение, как сильно снизились заболевания малярией и оспой в то время. Однако сам же стыдливо признает, что это было нужно для дальнейшей колонизации Африки - белым людям не хотелось ехать на континент, чтобы помереть там от странных болезней, а дороги нужны были для дальнейшей экспансии внутрь и более подручного вывоза награбленного. Я даже не буду поднимать тут тему рабства и нечеловеческого отношения белых господ, которых автор нам преподносит как цивилизаторов, несущих благо. Достаточно вспомнить, что человеческий зоопарк работал в Бельгии в 1958г. Поняли? Убогие русские в СССР уже спутник в космос запустили (погрузив демократический мир в пучину отчаяния), а в Брюсселе все еще можно было сунуть туземной девочке в клетке вкусный банан.

В книге вообще много прекрасного, на каждой странице можно что-то такое найти. Например, в одном предложении он пишет о зверствах немецких нацистов и русских (не спрашивайте меня). При этом Муссолини и Пилсудский у него молодцы ребята!
Автор даже не пытается скрыть свою ненависть к марксизму-коммунизму и русским. И Маркс у него представлен неопрятным попрошайкой, живущим за счет Энгельса, а уж русские-то.. мрак. Меня всегда настораживает такая неприкрытая неприязнь к каким-то аспектам в подобных исследованиях, это значит, что всегда будет предвзятая оценка и натягивание совы на глобус. Не должны личные эмоции влиять на суждения.

Напишу ещё, что, в соответствии со взглядами автора, сокрушительный удар экономика Запада нанесла уровнем потребления. Ведь всем хочется хорошо жить, хорошо одеваться, иметь машину в гараже и посудомойку на кухне. Запад продвигал это все, в то время как в СССР все ходили в убогой серой одежонке, а джинсы покупали украдкой по цене целой средней зарплаты. Нет, я согласна, все так и было, образ жизни имеет значение и все хотят жить хорошо и тут СССР вчистую проиграл, конечно. Да я и не против сама ходить в джинсах и ездить отдыхать за границу. Однако есть одно "но": Ниал Фергюсон воспевает потребительскую экономику, где все бесконечно потребляют новую одежду, телефоны, авто, а потом снова и снова покупают все новые и новые модели. С одной стороны ничего в этом плохого нет, а с другой стороны - а дальше что? Более дорогой телефон? Более дорогой телефон каждые полгода? Новый автомобиль каждые год-два? Очередная поездка в Испанию? Людям предлагаются все более красивые и блестящие бусы, главное берите больше! Берите в кредит, если так не хватает, будьте успешными, встречают вас по одежке! А мы будем зарабатывать свои многомиллиардные бонусы, продавая вам ширпотреб все более плохого качества. Что еще способен дать Запад? Он не создает никаких смыслов, никаких стремлений, никаких желаний, кроме как потреблять потреблять потреблять. Где духовное? Где созидание? Я сейчас не про курсы успешного успеха, если кто не понял. И это не то, чтобы я критикую предложенную Западом модель, эти мысли возникают по мере прочтения книги. Пирамида Маслоу говорит нам, что по мере удовлетворения базовых потребностей нам нужно что-то из области духовного, однако господин Фергюсон считает, что главное потреблять.
Напоследок скажу, что колониальная система совсем не ушла в прошлое, все продолжается, только колониализм принял совсем иную форму: через потребление, доминирование доллара/евро, экспорт инфляции, санкционное давление, контроль ресурсов третьих стран и прочее. Например, бравые американские солдаты самолетами вывезли ВЕСЬ золотой запас Ирака (помните галеоны золота, вывозимого в Испанию и Португалию?), буквально грузовиками вывезли из музеев страны ее культурное и историческое наследие, а золотой рояль Саддама Хуссейна стоит в Букингемском дворце. К тому же Америка до сих пор контролирует треть Сирии - ту самую треть, где находятся нефтяные запасы. Таким нехитрым способом и поддерживается могущество и экономическое превосходство Запада. А вовсе вот не тем, о чем нам Ниал Фергюсон тут рассказывает.
Об этом написано уже немало книг, статей, об этом есть ролики на ютьюбе - желающие найдут. Запад в общем-то немало хорошего дал этому миру, но при подобных исследованиях нужно учитывать, что его благополучие зиждется на эксплуатации всего остального незападного мира.

Вообще, у меня комментариев на небольшую брошюрку хватит, не то что на отзыв, однако на этом закончу. И знакомство с автором тоже.