Авиаторы Его Величества

– Харут? Ты что здесь делаешь?
– Гулял. Вижу – Телец сидит. Думаю, надо старшему по званию тряпку изо рта вытащить, а то матюгаться не сможет… – Левицкий достал из брюк складной нож и разрезал веревку на запястьях Даремина. Командир ему не нравился, но чужаки не нравились больше.

– Вы – необычный человек, – доктор отвернулась, скрывая эмоции. Плотнее сжала губы и на несколько секунд зажмурилась, загоняя слезы вглубь. Даже пьяной она не могла позволить себе расплакаться в присутствии альконского офицера и аристократа.
– Благодарю, – Алеманд не знал, как отнестись к комплименту.
– Должна вас предупредить, – продолжила Мария, – завтра я вновь буду оскорблять ваш слух самыми изощренными ругательствами и дразнить «принцессой».

В книгах Корницкого герои всегда поступали по совести. Не доказывали каждый раз, что имеют право учиться в этой школе, общаться с этими людьми, сдавать экзамены в этот университет. Они не искали себе влиятельных покровителей ради должности на этой работе. Им не приходилось собирать кипы бумаг, чтобы остаться жить в родном доме…

За умение использовать габариты противника против него же ей следовало поблагодарить наставника с Фелимана. Мелкий шустрик с глазами-угольками часто повторял: кулаки не главное. Побеждают внимание, скорость, гибкие мышцы и отменный баланс.

– Может подняться к самому небу… – тихо сказала Мария.
Алеманд обернулся. Она смотрела на «фульму», как смотрят только те, кому навсегда запретили летать. Схожий взгляд офицер видел лишь у друга, в конце Россонской войны искалеченного взрывом на взлетно-посадочной палубе и списанного на землю.

– Мне нужен кофе, чтобы проснуться. Тебе сделать чашку?
– Я могу проводить вас к вашей матушке, – ответил Алеманд, отложив в сторону вопрос об аристократии. – Четверть часа назад имел честь оценить ее талант.
– Кхм, да… Ма – специалист. Правда, знай она о моих джаллийских приключениях, приправила бы твой кофе щепоткой цианида.

Горе стране, у которой есть меч, но нет кинжала

Лейтенант смерил ее уничижительным взглядом.
– Вопросов нет, я покажу… – она закатила глаза. – За мной, бравые парни. Наклоняемся, идем осторожно. Переборки старые, а головы у вас, как известно, непробиваемые.
Один из пехотинцев, рыжий и, видимо, не лишенный чувства юмора, фыркнул.