Первый любовник

Граф заходил из угла в угол и стал молоть пьяным, путающимся языком какую-то чушь, которая, в переводе на трезвый язык, должна была бы означать: «О положении женщин в России».

А ты сегодня нормален. И не пьян, и водки не просишь. Что сей сон означает?

Глухому попу две обедни не служат.

я начал одеваться и описывать доктору пережитые мною так недавно «ночи безумные, речи бессвязные», которые так хороши и чувствительны в романсах и так безобразны на деле. В своих описаниях я старался не выходить из пределов «легкого жанра», держаться фактов и не вдаваться в мораль, хотя всё это и противно натуре человека, питающего страсть к итогам и выводам...

Но тайна и живая кровь в организме несовместимы; нельзя безнаказанно знать то, чего не знает остальное человечество.

Пробило двенадцать. Порядочные женщины в эту пору ложатся спать.

Жизнь человеческая дорога, и за неё можно отдать... всё! Спасите жизнь!

Бедняга искал мира не в себе самом, не в людях, а в алкоголе.

И точно плотина прорвалась: потекли искренние, восторженные речи, каких не говорит человек, когда его сдерживает расчетливая и осторожная трезвость.

Трудно понять человеческую душу, но душу свою собственную понять еще трудней.

Трудно понять человеческую душу, но душу свою собственную понять еще труднее.

- Молчи, тебя не спрашивают!

- Меня и спрашивать не надо... Сам скажу.

И тут на всех лицах, во всех неподвижных, устремленных на него взглядах, он прочел не сочувствие, не сострадание, которых он терпеть не мог, а что-то другое, что-то мягкое, нежное и в то же время в высшей степени зловещее, похожее на страшную истину, что-то такое, что в одно мгновение наполнило его тело холодом, а душу невыразимым отчаянием.

Спроси, вашескородие, кого угодно. И баба того не стоит, чтоб из-за ней по судам ездить.

…я ему честно и благородно... по-божески. "Проходи, говорю, мимо, пьяница этакая". Он осерчал, подходит и со всего размаху, вашескородие, трах меня по затылку!.. За что? По какому случаю?...

На дворе скоро осень. Тяжелые, неуклюжие облака пластами облекли небо; дует холодный, пронзительный ветер, и деревья с жалобным плачем гнутся все в одну сторону. Видно, как кружатся в воздухе и по земле желтые листья. Прощай, лето! 

Катя закатывается счастливым смехом, плачет и благоговейно кладет руки на плечи своего божка.

Как жаль, что порыв ветра не достиг моей спички! Тогда, быть может, я ничего не увидел бы и волосы мои не стали бы дыбом.

Жизнь твоя близится к закату... Кайся...

Путь наш лежал по узкой, но прямой, как линейка, проселочной дороге, которая, как большая змея, пряталась в высокой густой ржи. Бледно догорала вечерняя заря; светлая полоса перерезывалась узким неуклюжим облаком, которое походило то на лодку, то на человека, окутанного в одеяло...