Столетняя

Благослови бог жизнь и смерть простых добрых людей!

Помните, я обещала приносить вам жемчужинки? Несу.

Недавно видела вопрос, который волнует и меня: где в литературе мы встречаем сильные описания смерти? Сильные — не в контексте ужаса/расчленёнки; сильные — в смысле читательской со-причастности событию.

В публицистике Достоевского мне неожиданно встретилась «Столетняя» — зарисовка, в которой достаточно нарратива, чтобы она могла быть отнесена и к художественной прозе.

ФМ рассказывает, как одна дама поделилась с ним трогательной сценой: выйдя из дома с утра, она встретила на улице старушку, которой было сто четыре (!) года. ФМ с его неуёмной фантазией так и сяк покрутил персонажа-старушку и придумал для неё весьма достойный сюжет с таким финалом... почитайте, там всего несколько страничек, а ощущение от этой зарисовки — как ангел крылом махнул.

Так отходят миллионы людей: живут незаметно и умирают незаметно. Только разве в самой минуте смерти этих столетних стариков и старух заключается как бы нечто умилительное и тихое, как бы нечто даже важное и миротворное: сто лет как-то странно действуют до сих пор на человека.

Многоуважаемые пользователи и посетители сайта.

Хочу поделиться впечатлениями от прекрасного произведения.

Жизнь и смерть... Смерть и жизнь безграничный круговорот. Уроборос и нет ему конца и края. И идет с ним рука об руку одно лишь время. И как бы не старался не зиждился человек остаётся от него в конце жизни совокупная сумма его деяний и людей помнящих о нём. Но ведь насколько великолепна может быть эта эта , ах насколько же великолепна. Так по настоящему важно и громко хочется сказать без единого грана пафоса, поелико самые важные в жизни вещи произносятся без пафоса , просты и незатейливы и возможно покажутся окружающим и нам самим незначительными, но что может быть более значимым чем эти вещи?

Обязательно прочтите его и возможно взгляните на мир и собственную жизнь и ценность её по новому. Так же как я после прочтения его .

Здоровья и благополучия Вам и Ввашим близким в это нелегкое время.

Интересная форма изложения – автор предуведомляет читателя, что он выдумывает историю прямо сейчас, на коленке, во время чтения читателем рассказа. Точно так же рассказывается Достоевским история мальчика с ручкой («Мальчик у Христа на Ёлке»). Но «выдуманные» персонажи оживают. Если мальчик с ручкой персонаж страдающий, то столетняя – персонаж созидающий, старушка продолжает жить полной жизнью, не смотря на возраст. Её путешествие к родственникам с милыми остановками на скамеечках и прочих седалищных местах – настоящая одиссея, рассказанная автором в одном предложении. ФМ умеет спровоцировать читателя на заполнение картинки, это происходит неосознанно – картинка в голове как-то самостоятельно дорисовывается. Я вот слёту сразу и не скажу кто ещё из писателей так умеет.

Дети и старики интересны по природе. А их истории, рассказываемые Достоевским, интересны вдвойне. Сколько откликов вызвали «Мальчики» из «Братьев Карамазовых». Стоит отдельного упоминания одноимённая экранизация 1990 г., где две роли исполнили правнук (Дмитрий Достоевский) и праправнук (Коля Красоткин) ФМД. Не менее замечательны старухи ФМ: la baboulinca из «Игрока», приснопамятная старуха-процентщица, генеральша Агафья Тимофеевна Крахоткина из «Села Степанчикова...» и – столетняя. И отдельно – столетняя. С этим образом ФМ работает совсем наособицу.

Путешествие столетней к родственникам поражает смелостью поступка. И её тихое угасание не коннектится с грубым словом «смерть». И умерев, старушка продолжает жить – она держит в руке денежку – для деток.

Сколько можно этих провоцирующих отсылок к «Дневнику писателя»? Уже пора прочитать уже, а то интрига зашкаливает.