Пианистка

Эту рыбку хорошо кормили в околоплодных водах матери

За решеткой Бурггартена молодые мамаши начинают свою дневную прогулку. Первые «нельзя!» разносятся по дорожкам, усыпанным гравием. Мамаши разбрызгивают желчную слюну с высоты своего положения. В ответ слышен нарастающий рев, испытанное детское оружие

Он допускает в свою голову лишь хорошие мысли, в этом вся тайна его успеха. Его мозг — улица с односторонним движением! Воспользоваться один раз, а потом забыть

и слесаря тянет к неприятному, но неизбежному факту, который зовется женщиной

Гости набрасываются на яства и с громким чавканьем уплетают рагу из барочной музыки

Эрика часто устраивает домашние концерты, причем играет она лучше всех, ведь в этой комнате на фортепьяно никто кроме нее больше не играет

В конце концов, и копирующий творение есть одна из ипостасей творца. Копирующий сдабривает блюдо своей игры обственными
приправами, чем-то, что есть он сам. Он добавляет туда несколько капелек крови из собственного сердца. И у исполнителя есть своя скромная цель — исполнять хорошо.

Прошлое не принесло ей удовольствия и тогда, когда оно еще было настоящим

Зритель, пришедший в филармонию, использует строчки из концертной программки как повод, чтобы объяснить другому слушателю, сколь сильно содрогается его душа от скорби, пронизывающей эту музыку. Он только что прочитал об этом или о чем-то подобном.

Эти люди обожают музыку и хотят привить любовь к ней и другим людям. Они намерены сделать музыку доступной даже подросткам, потому что пастись на этих лугах в одиночку не доставляет особой радости. Они, словно алкоголики или наркоманы, не могут обойтись без того, чтобы не разделить свою дилетантскую привязанность с возможно большим числом людей.

Девочку-подростка содержат в заповеднике, зорко сторожа от всяких охотников. Ее стерегут от дурных влияний и прячут от искушений. От работы ее не берегут, берегут только от развлечений.

... самый изощрённый укротитель никогда ещё не додумывался до того, чтобы отправить в дорогу леопарда или львицу, снабдив их футляром для скрипки. Медведи на велосипеде - это, пожалуй, предел того, что мог придумать человек.

Мы всегда ждём награды за наши достижения. Мы считаем, что достижения других людей награды не заслуживают. Мы надеемся, что задёшево сможем попользоваться чужими достижениями.

Чувства и страсти всегда лишь заменители, суррогаты духовности.

Мать молчит, чтобы превратить увиденное в невидимое.

Охота для мужчины - наивысшее удовольствие по сравнению с неизбежным слиянием тел. Последнее - лишь вопрос времени.

Женщина не смотрит на мужчину из-за сплошной страсти. За деревьями она не видит леса. Она всматривается только в себя.