Цитаты из книги The BFG

'I is speaking the most terrible wigglish.' 'I think you speak beautifully,' Sophie said. 'You do?' cried the BFG, suddenly brightening. 'You really do?' 'Simply beautifully,' Sophie repeated.

What I mean and what I say is two different things.

Прошу тебя, будь со мной помягче и не перебулькивай!

У тебя вместо мозгов обмылки

Я бы тебе никогда не стал вешать летучих мышей на уши

-Ты пишешь свою жизнь не словами, -объяснило чудовище. -Ты пишешь её делами .Не важно то, о чём ты думаешь. Важно только то, что ты делаешь.

— Сны полны волшебства и тайн, — сказал БДВ. — Не пытайся их понять!

— Чем вы его кормите? — спросила Софи. — Ему не нужна еда, — ответил БДВ. — Это жестоко, — сказала Софи. — Всему живому нужна еда. Даже деревьям и растениям. — Северный ветер живой, — сказал БДВ. — Он движется. Треплет тебя по щеке, прикасается к рукам… Но ты же его не кормишь!

— Человеческие экземпляры сами придумывают себе правила, — продолжал БДВ. — Но правила, которые они устанавливают, не устраивают ребяток-поросяток. Я правый или левый? — Вы правы, — согласилась Софи. — Великаны тоже живут по правилам, которых не понимают человеческие экземпляры. Каждый придумывает правила для себя!

— При всём при том, — сказала она, защищая человеческий род, — я считаю несправедливым, что великаны отправляются каждую ночь на ловлю людей. Люди никогда не причиняли им зла. — И бедный поросёнок каждый день так говорит, — ответил БДВ. — Он удивлённо всхрюкивает: «Я никогда не причинял человеку зла! За что же он меня хочет съесть?!»

— Все бурзофукают, как вы это называете, — сказала Софи, — короли, королевы, президенты, знаменитые кинозвёзды и малыши, по там, где я живу, говорить об этом считается неприличным. — Как гиипопотамно! — воскликнул БДВ. — Если все бурзофукают, почему бы об этом не поговорить?

— Как я уже говорил, все человеконасекомые имеют разный вкус. Жители Панамы на вкус пресные, как панамы.

— Я вже казати тобі п'ять й шість разів, — промовив він. — І цей третій раз був останній.

— Мушу зізнатися, що такого мені ще ніколи в голову не приходило, — визнала Софія. — А ти дозволяваєш, щоб у неї хоч щось приходило?

— Бідолаховий поросявчик щокожного дня казати те саме, — зауважив на це ВДВ. — Він казати «Я ніколиво не причиняти людині зла — чому ж вона хотіти мене їсти?» — Ой, лишенько! — зойкнула Софія. — Людські створінькала робити правила, які підходять їм самим, — вів далі ВДВ. — Але ці правила не підходять маленьким поросявчикам. Я правий чи лівиій? — Правий, — зітхнула Софія.

— Ти не забудькай, — урвав її ВДВ, — що людські створінькала зникати скрізьно і без велетнів. Вони самі убивати одне одного набагтово частіше, ніж їх пожирають велетні.

— Якщо ти уважняво слухуватимеш, я спробувати пояснити, — сказав ВДВ. — Але в твоїй голові стільки жабурястиків, що я сумніватися, що ти взагалі второпіпати.

— Слова, — мовив він, — усе життя створюють мені нерозм'язні проблеми.

— Послушайте, султан, — сказала королева, — не случилось ли три дня назад в вашем городе чего-нибудь неприятного? — В Багдаде каждую ночь происходит что-нибудь неприятное, — сказал султан. — Мы рубим головы, как вы шинкуете петрушку.

Когда БДВ проглотил семьдесят второе яйцо, мистер Тиббс робко подошел к королеве. Он низко поклонился и прошептал ей на ухо: — Повар приносит свои извинения, ваше величество. Он говорит, на кухне кончились яйца. — А что случилось с курами? — Ничего, ваше величество, — прошептал мистер Тиббс. — Тогда велите им снести побольше яиц, — сказала королева и взглянула на БДВ.