Цитаты из книги The Recognitions

Наука все разбирает на части, и тогда мы их понимаем, тогда мы можем их повторить. Разбери все по отдельности. Тогда можно быть рассудительным.

Кто-то сказал, что выйти в море - лучшая замена самоубийству.

Если эту страну и пожирает рак, то это реклама.

- Но почему ты делаешь то, что делаешь? Почему живешь жизнь, которой живешь?

- Потому что любой храм власти... защищает прекрасное.

- Как думаешь, что он здесь делает?

- Наверное. опять книжку пишет.

- Он уже штук пятьдесят написал. Если ему и было что сказать, к этому времени уже должен был. Зачем их все публикуют?

- Потому что он их все пишет. А издателю простой станков обходится дороже, чем их работа, вот они и подкидывают туда все подряд.

Вокруг набухала и опадала ночь.

День не занимался. Ночь удалилась, обнажив его равномерно бледным, как обработанный труп.

- А чего тебе хочется?

- Ничего.

- Нельзя делать ничего. Понимаешь? Нас ждет работа... Ты не хочешь делать ничего? Так и попадают в неприятности. В неприятности попадают через ничегонеделанье.

- Сейчас-то ты ни с какой женщиной не спутался?

- А что не так с женщинами?

- Ничего не имею против, просто ни одной не хватит мужчине на всю жизнь.

- Боже правый! А я, по-твоему, на это намекал?

- Нет, но они еще как намекнут. Я пока не встречал такую женщину, чтобы, когда она вошла в комнату, я уже не мог дождаться, когда же она уйдет. Попробуй как-нибудь жениться...

Вы удивитесь, как важны бары для людей, которые не читают книги.

...Чужая любовь подтверждает все то прекрасное, чем мы хотим быть, а любить значит всегда прощать то, чем мы не являемся.

Как мы беспомощны, когда правы. Ведь трудные времена и испытания не делают человека сильнее, как нам рассказывали в детстве, удача делает сильнее.

Есть женщины, необщительного характера и скромного поведения, которых, если их видели, скажем в опушенном мехом пальто, позже вспоминали одетыми в простое пальто какого бы то ни было цвета; и есть другие, кого в том же пальто позже вспоминали разодетыми роскошно и целиком в меха.

- Надо же время от времени что-то менять.

- Менять? Думаешь, там что-то по-другому? Вся та же хрень, только еще хуже. Здесь ты хотя бы знаешь тех, с кем работаешь, а они знают тебя, у тебя есть друзья. Там тебя никто не знает... Рано или поздно надо кончать с разменами. Меняешь хренову машину на новую, меняешь хренову жену на новую, и только привыкнешь к этой хрени, а какая-нибудь сволочь уже выпускает новую модель. Просто иди в хренов банк. Банк глаз. Банк крови. Банк костей.

Над поверхностью пустых лиц боролись прожекторы.

А теперь, друзья, драма с привкусом реальности.

...Такое ощущение, что повсюду рассыпались мои частички. Будто я могу собирать их хоть всю жизнь и все равно не соберу. Мои частички и частички всех остальных, исковерканные и разбросанные повсюду. В смысле, есть люди, с которыми... что-нибудь делаешь, а потом больше никогда их не видишь.

- Что меня смешит, так это серьезные критики, которые пишут книгу, где заявляют, что деньги придают искусству ложную значимость, а потом устраивают скандал, когда книга не приносит денег.

И, словно улица развевающихся флагов, газеты трепетали в руках пассажиров.