Крик

Давно уже лежал этот детектив в отложенных и вот руки добрались.
Я не ожидала ничего сверх от книги и потому, как мне кажется, провела пару интересных вечером за чтением. Сюжет неплохо закручен, есть любовная линия, которая тоже понравилась.
Вообще, сюжет немного напомнил что-то из творчества Роллинса, возможно, масштабностью исследования или мирового злодейства, кто как хочет. Так что книге я поставила твердую 8-ку, со своей задачей она справилась. Только вот саму серию читать не буду. Что-то мне кажется, что дальше буду разочарована.

«Крик» Николя Бёгле довольно сложен для анализа, если попробовать охватить пусть не всё, но бОльшую часть того, о чём хочется сказать. Очень часто я люблю делать наброски мыслей, выводов (которые, конечно, могут и подкорректироваться основательно) прямо во время чтения. И это – первый признак того, что книга вызывает эмоции, что она неоднородна, и неважно, в какую сторону качнётся маятник, какая чаша весов перевесит – хорошая или плохая. Со «стерильными», ровными работами, словно созданными по какому-то то ли стилевому шаблону, то ли отполированными до однородности наждачной бумагой редактуры (дабы не было «провалов», и автор держал уровень) моя писанина становится, сделав шаг на сторону для взгляда оттуда, либо невзрачной, либо дремучей, либо вообще какие-то обрывки фраз надо крепить «нитками» мыслей в связный текст. Во многом потому, что существует мало моментов-неровностей после той самой наждачной бумаги, на которых я могу неискусственно заострить внимание, прощупать. Таков в большинстве роман Бёгле «Крик».
Вся соль в том, что не выдающиеся, а просто качественные триллеры строят напряжение сюжета почти полностью похоже по конструкции, исключая небольшие индивидуальные нюансы. Трудно сосредотачиваться, чтобы читаемое не сливалось и не сравнивалось в возникающей в голове белиберде (в хорошем смысле!) с усвоенным ранее от других авторов жанра, если азарт анализа и сравнения включается прямо во время бегания глаз по строчкам. Николя – именно тот самый не выдающийся, а качественный представитель «профсоюза» детективщиков. И первое, почему я так считаю – его текст умеет захватывать. Но, кажется, его ошибка в том, что он старательно пытается запрыгнуть в другой эшелон – авторов выше. Только средства использует, как бы сказать, подножные. Скандинавский нуар в тренде? Вот вам, пожалуйста – национальность главной героини. Для остроты и тёмности, нуарности – семейные проблемы, нуарно добавленная драма в отношениях с противоположным полом. Ирония иронией, не спорю, резкая, но конфликт бледен, добавлен ради конфликта, чтоб потом, через страницы романа, привести его в порядок, рассчитаться. Показать характер инспектора норвежской полиции Сары Геринген. Хотя Бёгле, может, сам себя обманывает – твёрдость дамы с красивейших фьордов лучше подчёркивается её поведением в работе.
Сюжет? Психиатрическая больница, в стенах которой произошло самоубийство её пациента, которое быстро раскусывается и переводится в разряд убийств. Сам антураж уже мобилизует в предвкушении, что дальше будет что-то из ряда вон, не так ли? Что это не «кабинетный» детектив, не простое дедуктивное расследование, а динамичное, напряжённое, в способствующих этому локациях. Тут позади ещё, дальше – и вулканический остров, и заброшенные шахты. Стоит всё перед глазами и обещает приключения, перипетии. И они будут.
Но одну вещь с отрицательным знаком я обойти не могу. Потому что если б «Крик» был полностью развлекательным романом, то всё, навороченное про то, что дало роману название и связанное с Вселенной, её возрастом, становлением, с секретными, шифрованными-перешифрованными опытами, воспринималось бы спокойно частью художественной концепции. Однако Бёгле решил пошуметь на тему этого «крика», не только озаглавив им произведение. Он в послесловии не может успокоиться (не думаю, что горячусь в оценке эмоций здесь), указывая, что некоторые вещи из романа – невероятные плоды его исследований во времена работы в журналистике. И Карл Густав Юнг с архетипами ему покоя не давал, поэтому Николя перелепился из журналиста в журналиста-детектива. Журналистская-то жилка требовала сенсации и потому начала рисковать разводить домыслы? Что нам кинутые Николя как истина в первой инстанции «вы можете… удостовериться, например, заглянув в Интернет»? Он не зря большой помойкой в сердцах называется. Чтоб найти стоящее – надо убрать, отсеять грязное и вонючее. Тяжёлая работа, не факт, что увенчающаяся в конце успехом, а не ещё возросшей путаницей. Это послесловие с замахом на сенсации и скандалы, реальную, а не развлекательную секретность, переворачивает мнение о «Крике», делая его подпорченным. Лучше б он оставался развлекательным, без «жёлто-маркетинговых» ходов. Или не читайте послесловие. Я такими словами оказываю своей рекомендации медвежью услугу. Но… она не так уж и ценна, как и домыслы автора «Крика».
Оценка 6,5