Цитаты из книги If It Bleeds

Он вспомнил о своей последней катастрофической попытке написать роман, когда не спал по ночам, мысленно переписывая те жалкие несколько абзацев, которые ему удавалось выжать из себя за день, – расковыривая работу, как подсохшую болячку, пока она не начинала кровоточить.

большинство идут мимо, занятые разговорами о друзьях, планах на сегодняшний вечер, размышлениях, где бы выпить, и очередном деньке, отправившемся на помойку ушедших дней.

Любовь – это дар. А еще цепь с наручниками на концах.

Мистер Харриган говорил, что если ты соглашаешься, чтобы твоим именем назвали какое-то сооружение, это не просто абсурдно и глупо, но унизительно и эфемерно. Слава мирская недолговечна. Пройдет лет пятьдесят, сказал он, или даже двадцать, и ты превратишься в никому не интересное имя на табличке, которую никто даже не замечает.

Ты прочел мне немало хороших книг, но еще больше хороших книг только ждут, чтобы их написали.

Однажды он сказал, что айфон чем-то похож на старинный секретер с кучей крошечных ящичков, полочек и потайных отделений, которые легко не заметить.

– Мне кажется, настоящие призраки – это наши воспоминания. А те призраки, которые воют и гремят цепями в коридорах старинных замков, бывают только в кино и в книгах.

Иногда волшебство происходит. Маленькое, невеликое волшебство. Из той серии, когда ты случайно находишь забытую двадцатку в кармане старой куртки.

Он поймал драйв, а драйв – это такая дорога, по которой летишь, как на крыльях.

Человеку необходимо самоуважение, и уличные выступления на Бойлстон-стрит – это вопрос самооценки. Здесь он на сцене. Он выступает. По сути, солирует. И количество денег, набравшихся в шляпе, – это прежде всего показатель, круто ты выступил или нет.

Вполне приятная  – очень даже неплохо по нынешним временам. Его жизнь ограниченнее, чем когда-то мечталось, но он уже с этим смирился. Он знает: сужение – естественный ход вещей

Он говорит на их языке, но ему нравится думать, что он говорит и на других языках тоже. Во всяком случае, говорил раньше, хотя часть слов уже подзабылась.

- Кто-то считает, что близится конец света. И не только религиозные психи. Уже не только.

Человеческий мозг ограничен – это всего-навсего сгусток губчатой ткани внутри костяной коробки, – но разум не ограничен ничем. Его емкость колоссальна, его фантазия поистине беспредельна. Я думаю, что, когда человек умирает, рушится целый мир. Мир, который он знал и в который верил. Ты только представь: миллиарды людей на Земле, и каждый носит в себе целый мир. Миллиарды миров, созданных человеческим разумом.

– У меня нет лечащего врача. Когда человеку уже хорошо за восемьдесят, ему можно есть сколько угодно рубленой солонины и ему не нужны никакие врачи, если только у него нет рака. В этом случае врач пригодится, чтобы выписывать обезболивающие.

– Бесплатные образцы – это нормально, но если ты отдаешь слишком много всего задаром, будь то одежда, еда или информация, люди начнут принимать эти подарки как должное. Будут их ждать, даже требовать.

Мистер Харриган дал честное слово, что ничего такого не будет, но у бизнесменов свой кодекс чести, и всякое данное слово можно забрать обратно, поскольку слово дается бесплатно.

И я искренне благодарен родителям за то, что они с малых лет научили меня одному важному правилу: если у тебя есть какой-то талант, это не значит, что ты чем-то лучше всех остальных

Я не мог объяснить. У меня был обширный словарный запас (благодаря тому, что я много читал), но скудный жизненный опыт

– Человеческий мозг ограничен – это всего-навсего сгусток губчатой ткани внутри костяной коробки, – но разум не ограничен ничем. Его емкость колоссальна, его фантазия поистине беспредельна. Я думаю, что, когда человек умирает, рушится целый мир. Мир, который он знал и в который верил. Ты только представь: миллиарды людей на Земле, и каждый носит в себе целый мир. Миллиарды миров, созданных человеческим разумом.