Эдип-царь

Возносит счастье и свергает счастье
Счастливых, а равно и несчастливых,
И рока не откроет нам никто.

И храбрецы пытаются бежать,
Когда Аид к их жизни подступает.

Не мил гонец с известием плохим.

Но трудно душу человека знать,
Намеренья и мысли, коль себя
В законах он и власти не покажет.

В жизни счастья достиг ли кто?
Лишь подумает: "Счастлив я!" -
И лишается счастья.

О деньги! О власть! О мощное орудье,
Сильней всех прочих в жизненной борьбе!
О, сколько же заманчивости в вас...

...крепостная башня иль корабль -
Ничто, когда защитники бежали.

Для многих странница надежда —
Залог блаженства, но для многих
Она — пустое обольщенье,
Людских безудержных желаний
Неисполнимая мечта.

Ты подумай трезво
И взвесь одно: кто променять согласен
На полное тревоги имя власти
Влиятельный и сладостный покой?

Нет, с разумом злодейство несовместно...

Глупец имеет счастье - не хранит,
А потеряет счастье - так оценит.

Мы не должны ни горькой, ни счастливой
Жизнь человека называть - до смерти.

В молчаньи слишком долгом есть опасность.

И все пропало. Если радость в жизни
Кто потерял — тот для меня не жив:
Его живым я называю трупом.
Копи себе богатства,если хочешь,—
Живи,как царь ; но если счастья нет—
То не отдам я даже тени дыма
За это все,со счастием сравнив.

Подумай же об этом: все грешат -
Таков удел живущих; но блаженны
И мудры те, кто кается в грехах
И кто нейдёт, познав свою неправду,
Упорствуя, по ложному пути...

...Но времени всё прочее подвластно:
Как мощь людей, слабеет мощь земли,
Растёт измена, умирает верность.
И клятвы лгут, и никакой союз
Меж городов, как меж друзей, не вечен:
Вчерашний друг становится врагом;
Но дни бегут, и вновь он будет другом.

Ума решились эти девы, вижу:
Одна - теперь, другая - с малых лет.

Кто судьбе его из граждан не завидовал тогда?
А теперь он в бездну горя ввергнут тою же судьбой.

Мудрость — высшее благо, гордыня — худший грех, спесь — спесивцу казнь, и под старость она неразумного разуму учит.

Мудрый молвит: тех, кто злое
Принимать привык за благо,
Приведут к злодейству боги,
Горе ждет их каждый час.