Воспоминания о моем отце П. А. Столыпине

Отец дедушки Бориса Александровича был главнокомандующим на Кавказе, и, когда я, уже взрослой, иногда давала волю своим нервам, всегда рассказывалось мне о том, как этот мой прадед представлялся как-то императору Николаю Павловичу, который его спросил:

• Как здоровье твоей жены?
• Ничего, ваше величество, благодарю, только вот нервы все мучают.
• Нервы? - возразил император. - У императрицы тоже были нервы, но я сказал, чтобы не было нервов, - и их нет.

Папa говорил, что он "враг всяких "привычек", так как привычки лишают человека свободы, чего он не хочет допустить ни за что:

- Разве это не унизительно, что если я не смог закурить, когда почему-либо захотел, из-за этого у меня настроение испорчено, ум не работает ясно, и порчу и другим жизнь, и сам не в состоянии ни работать, ни веселиться?

Сколько раз я слыхала, как папa говорил смеясь гостям:

- У нас староверческий дом - ни карт, ни вина, ни табака.

....Едет бабушка где-то поездом и во время пути знакомится с дамой, полькой, с которой всю дорогу и разговаривает по-польски. Подъезжая к месту назначения, дама любезно спрашивает бабушку: "Czy Szanowna Pani polka?" (Вы, конечно, полька?) На что та, со своей спокойной, умной улыбкой отвечает "Nie, jestem prszekleta moskalka" (Нет, я проклятая москалька).

Дедушка рассказывал, что, бывая у Толстого в Ясной Поляне, часто разговаривал о нем с мужиками. Один из них показывал свои сапоги, поясняя, что их сам граф сшил и, на вопрос дедушки хороши ли они, ответил: - Только в них и хорошего, что даровые, а так совсем плохи.

Папа говорил, что он "враг всяких "привычек", так как привычки лишают человека свободы, чего он не хочет допустить ни за что...

Помню, как нас, молодых дипломатов, учили старики в начале моей карьеры. Ведь представьте себе, до чего трудно, скучно и утомительно высочайшим особам задавать бесконечное число вопросов. Вот тут и надо уметь ответить. А именно ваш ответ непременно должен содержать в себе тему для следующего вопроса. Помните это правило. Нас даже заставляли в этом упражняться.

Была знакома бабушка почти со всеми выдающимися людьми своего времени, ценившими и ум ее, и образованность. Однажды в каком-то заграничном курорте подходит к ней ее приятельница и говорит.

• Милая моя, я понимаю, что тебе приятно поговорить с умным человеком, но нельзя все же так мало вниманья уделять наружности. как можно показываться с мужчиной, настолько плохо одетым и такого вида, как тот, с кем ты сегодня долго ходила по парку. Кто это?
• Да, друг мой, это ведь Гоголь, - ответила бабушка.