Агентство «Ключ». Легкий заказ

— Позволю себе небольшое отступление от темы, — усмехнулся антиквар. — Лет десять назад я сделал некий заказ одному перспективному юноше, что живет в Санкт-Петербурге. Надо было кое-что купить, а после переправить через границу. Не прямо вот в обход закона, но и недалеко от его грани. Хотя — не суть. За работу этот предприимчивый и расторопный паренек попросил у меня денег. Вот столько. Да-да, именно так это и прозвучало. Дословно.
И старичок показал при помощи большого и указательного пальца, о какой сумме шла речь. По толщине она была где-то с пачку сигарет.
— Он выполнил свои обязательства, а я свои, — продолжил Шлюнд. — Аркаша встретился с ним в Хельсинки и передал требуемую сумму, и знаете что? Юноша, как выяснилось, крайне недоволен полученным гонораром.
— Почему же? — спросил я, поняв, что старичок этого от меня ждет.
— Скорее всего потому, что врученная ему пачка состояла из двадцатипятирублевых купюр времен позднего СССР, — пояснил антиквар. — Ох, как он ругался! Топал ногами, глаза пучил, Аркашу моего побить хотел. Но при этом он никак не мог упрекнуть меня в том, что я хоть словом ему соврал. Это деньги? Деньги. Да, недействующие, да, страны, которой давно на свете нет, но — деньги. Настоящие, не фальшивые. И их столько, сколько он показал. Даже чуть больше, на полсантиметра. С поручением он справился отменно, я решил его немного премировать за расторопность.
Несмотря на то что меня только что ткнули лицом в собственную глупость, от смеха я не удержался. Ну правда же забавно. Да и потом — на толковый урок не обижаются, а я только что получил именно его.

... просто не хотел оставлять следы в сети. Не секрет, что любая информация, попав в нее, имеет шанс перейти в общедоступное достояние. Не то чтобы прямо обязательно это случится, но вероятность подобного велика. А уж если кто-то задался целью выяснить, кто и что тебе пишет, то можешь быть уверен — такое обязательно случится. В мире масса профессионалов, которые обойдут любую защиту и доберутся до искомого, особенно если им очень хорошо заплатят. И отчего-то мне кажется, что меня без внимания башковитые ребята-хакеры не оставят. Или даже уже не оставили.

А старые добрые бумажные носители хрен взломаешь. Нет у них такой опции.

— Двадцать процентов, — сказал я и, не дожидаясь приглашения, уселся за стол. — Такая скидка будет предоставлена вам при оплате следующего заказа. Это хорошее предложение, особенно с учетом того, что я вообще никогда никому скидок не делаю. И вы это знаете, верно?

— Кстати — почему? — спросила ведьма. — Есть же основы маркетинга, рыночная политика, и все твои немногочисленные коллеги это отлично понимают. Супруга твоя бывшая, Майя, например, всегда готова к торгу. За счет этого у нее и клиентура не переводится, и популярность растет. Даже из других городов заказчики едут, насколько мне известно. Потихоньку, помаленьку — международная известность придет. Почему ты никогда не идешь на ценовые компромиссы?

— Если клиент хочет работать именно со мной, значит он заплатит столько, сколько я скажу. В этом случае у него не шило в одном месте свербит и не психика шалит, а на самом деле нужен результат. А если нет — нужен ли мне такой клиент? С ним хлопот будет больше, чем прибыли.

Есть люди, которых при рождении Бог в маковку облобызал, подарив умение рисовать, петь или, к примеру, готовить так, что пальчики оближешь, но на меня он максимум глянул, а после сказал: «Ну, ты как-то давай, парень, выкручивайся». Первые двадцать с копейками лет жизни протекали весьма безоблачно и безмятежно, потому никакие особые навыки или умения были и не нужны, а вот после, когда я узнал о том, что мир куда многограннее, чем казалось ранее, мне пришлось пересмотреть свой достаточно безалаберный образ жизни и научиться делать то, что раньше и в голову бы не пришло. В том числе и доверять своей интуиции. Да-да, я верю в нее, а также в такие сомнительные и неосязаемые материи, как чутье и предвидение. Что до скептиков, которые говорят о том, что это суеверия и самовнушение, — пусть они считают так, а я буду жить по-своему. И поглядим, кто дольше протянет.