Дар Шаванахолы

Принципы — это тоже своего рода имущество.

— Но как вы узнали, что книга ему больше не нужна?
— Ох, — вздохнул Шаванахола. — С волшебными вещами, которые делаешь своими руками, вечно так. Всегда знаешь, где они, целы ли или нуждаются в ремонте, используются или скучают без дела. И не хочешь, а все равно знаешь. Хуже, чем с детьми, честное слово! Вот когда сами начнете мастерить такие штуки, вспомните мои слова.
— Вообще-то, в идеале, всякому могущественному человеку следует навсегда забыть о собственной правоте, или хотя бы перестать ее доказывать, иначе жди беды. Но все мы, увы, далеко не идеальны.

— С другой стороны, природа моя такова, что разрушительная деятельность мне на пользу, и этого не изменить, — сказал Лойсо. — Самый простой для меня способ получить большую порцию силы — пойти и уничтожить, что под руку подвернется. В последнее время я только об этом и думаю, потому что ощущаю сильный голод. Голод по силе, если тебе угодно. С точки зрения стороннего наблюдателя — да хоть с твоей, — ее у меня и так предостаточно. Но мне нужно гораздо больше. Не для того, чтобы стать самым могущественным существом во Вселенной и наконец-то всех победить. Сила мне нужна просто так, ни для чего, чтобы было. Потому что я ее люблю. Смехотворный аргумент, это я и сам понимаю.
— «Чтобы было» и «потому что люблю» — это как раз очень понятные мне аргументы, — сказал я. — Понятнее просто некуда. О чем бы ни шла речь.

— Я знаю, о чем вы подумали, — улыбнулся Магистр Шаванахола. — И совершенно с вами согласен. Но ничего не попишешь, так уж я устроен. Можно изменить привычки, мировоззрение, способы восприятия, даже воспоминания — нет проблем. Но собственный фундамент лучше не трогать. А то все здание рухнет, не соберешь.

Долго, с преувеличенным интересом изучал старые книги на полках, а "Философские рассуждения об анатомическом строении моллюска кримпи" даже отложил в сторону.

• Дашь почитать?
• Да хоть навсегда забирайте, - вздохнул я. - Но зачем она вам?
• Книга, в самом названии которой содержится столь внятное указание на место и значимость философии в человеческой жизни, заслуживает самого пристального изучения. Есть надежда, что прочитав её три дюжины раз, я не только познаю, наконец, истину во всей её удушающей полноте, но и пойму, что мне делать с такой обузой...

Мать - философ, довольно известный в научных кругах - Сэли Култах. Ты-то, понятно, не в курсе, а вот сэр Шурф на этом месте непременно сделал бы такие специальное постное лицо, символизирующее глубокое уважение к чужому интеллекту. С тех пор, как леди Сэли ушла из Университета, решив, что что преподавать философию студентам бессмысленно, и обосновав своё мнение в изящнейшем трактате "О пересечении траекторий ускользающего внимания", семья питается в трактирах за Королевский счёт, а скудный запас наличности тратит на няньку для ребёнка, чтобы не мешал родительским занятиям.

Однажды Великий Магистр Ордена Водяной Вороны Лойсо Пондохва сказал, что внешние различия между людьми — лишь видимость. И неразумно тратить усилия, чтобы отличить одного человека от другого.

Некоторые принимавшие участие в разговоре Магистры Ордена Водяной Вороны рассмеялись, поскольку думали, что Лойсо так шутит. Другие Магистры смеяться не стали, решив, что он говорит всерьез. Тогда Магистр Лойсо убил всех без разбора — и тех, кто смеялся, и тех, кто не смеялся.

«Ты поступил так потому, что поверившие тебе не сумели вразумить тех, кто смеялся? Или потому что их удача была недостаточно велика, чтобы оказаться в другом месте?» — спросил его потом один Старший Магистр, который сам при разговоре не присутствовал, а потому уцелел.

«Вовсе нет, — сказал Магистр Лойсо. — Просто мои слова никогда не расходятся с делом. Неужели ты думаешь, будто человек, полагающий внешние различия несущественными, знает каждого из своих учеников в лицо, да еще и запоминает, кто как себя вел?»