Цитаты из книги Цветы для Элджернона

Да-да, вдруг оказывается, что я был личностью всегда, а это противоречит вашему убеждению, что если у человека IQ меньше ста, он не заслуживает рассмотрения.

Почему все твердят мне, что я становлюсь человеком? Я был человеком всегда, даже до того, как меня коснулся нож хирурга.

Я боюсь. Не жизни, не смерти или небытия — я боюсь все растерять, как будто меня и не было.

– Спасибо тебе, Господи, – тихо сказала она. – Все эти годы я молилась и думала, что он меня не слышит, а оказывается, он все слышал и просто ждал, когда придет час исполнить его волю.

Он, обыкновенный человек, пытается сделать что-то великое, тогда как великие люди заняты изготовлением бомб.

Я личность. Я был ею даже до операции. И я в праве кого-то полюбить.

я дочитал робинзона крузо и захотел узнать что же произошло с ним дальше а мисс кинниан сказала все это конец. как это так.

— Не в том дело… Случилось так, что я - первая женщина на твоем пути. Именно как женщина. Я была твоим учителем, то есть человеком, к которому обращаются за помощью и советом, и было бы странно, если бы ты не влюбился в меня. Посмотри на других женщин. Дай себе время.

« Я боюсь. Ни жизни, ни смерти, ни пустоты, но открытия того, что меня никогда не было.»

Он повторяет ту же ошибку, что и другие: они смотрят на слабоумного и смеются, не понимая, что он тоже испытывает человеческие чувства. Он не осознает, что и до прихода в лабораторию я был личностью.

Многие люди готовы вложить свои деньги или приобрести материалы, но лишь немногие пожертвуют своим временем и сердечной привязанностью.

Эмоциональные проблемы не решаются, так как решаются интеллектуальные.

Я же знаю, как следует отвечать мне, чтобы создать определенное впечатление у тебя.

Прежде чем я осознал, что происходит, Алиса уже целовала и прижимала меня к себе так крепко, как никто раньше. Но в это самое мгновение, единственное в моей жизни, все началось снова — шум в ушах, холод, тошнота. Я отвернулся.
Алиса стала успокаивать меня, говорить, что это не имеет значения, что мне не в чем винить себя. От стыда я заплакал. Так, плача, я и уснул в ее объятиях, а приснились мне бравый рыцарь и розовощекая дева. Только во сне не он, а она держала в руке поднятый меч.

Любовь – противовес этому ужасу, любовь – акт единения и сохранения. Как люди во время шторма держатся за руки, чтобы их не оторвало друг от друга и не смыло в море, так и соединение наших тел стало звеном в цепи, удерживающей нас от движения в пустоту.