На краю Вельда. Том 2

Давенай с мимолётным укором взглянул на Никкорда и по-отечески обратился именно к Вефиделии, которая текуче повернулась в мужских руках и встала лицом к хранителю:
— Отныне вы супруги. Навсегда при жизни. И по собственному желанию после смерти. Пусть ваш союз будет крепким и долголетним.
Вопреки традициям, нарушаемым этой свадебной церемонией со сбившимся счётом, Давенай подался вперёд и обхватил Вефиделию за плечи. Никкорд высвободил девушку из кольца своих рук. Хранитель притянул Вефу к себе, поцеловал в висок, прошептал: «Позволь себе быть счастливой!» — и почувствовал, как вздрогнула юная веледи.

— Разум принимает решения. Сердце смывает равнодушие, которое недопустимо между супругами. — Давенай сделал шаг назад. — Сотрите последние границы между телами и душами, скрепив ваш союз поцелуем.
Никкорд заметил свечение, засочившееся по тёплой коже Вефиделии. Он привлёк Вефу к себе, обняв за талию, и накрыл напряжённо сомкнутые девичьи губы своими, погладил их, слегка втянул и замер. Вефиделия попыталась отстраниться, но Никкорд лишь плотнее прижал её к себе, щекоча нежный подбородок подстриженной бородой. Она в негодовании распахнула мечущие острые молнии глаза и влетела в глубину непреклонного синего взгляда. Рассечённая бровь насмешливо преломилась. Он ждал её участия. Как бы Вефиделия ни злилась, Никкорд был прав. Она сама своей рукой расписалась в хронике, сама позволила уколоть палец и пустила ему кровь. Она выполнит и эту часть до конца. Глядя в чёрные зрачки, Вефиделия разлепила придавленные его ртом губы. Их зубы стукнулись друг о друга. Она оставила одиночный поцелуй на внезапно ошеломляюще мягкой плоти, и Никкорд сразу же расслабил захват, хотя не выпустил Вефу из объятий.
— Скреплено обоюдно, — проговорил в сторону свидетелей.

Вельд всегда сам выбирал своего повелителя. Ранние летописи описывали правила передачи и перехода власти, которые пытались установить первые правители. Все они канули под подвижные каменные породы Вельда. И по сей день не существовало никакого ограниченного закона наследования. Правителем в равной степени могли стать сыновья и дочери, независимо от очерёдности и старшинства. Земля приветствовала каждого нового потомка, но покорялась единицам.

Поддержка силы рода маленькой Вефиделии поразила своей мощью самого действующего велорда и всех обывателей Вельдома. Отмеченные всегда рождались с конусной косичкой волос. Велифимир обошёл своего старшего брата, родившись с двумя. Новоявленная малышка с тремя острыми пиками вызывала недоумение, восхищение и пугающее беспокойство. Очевидно, грядёт такое потрясение, что лишь избранный выстоит и сохранит Вельд. Тем удивительнее, что выбрана девочка. Складывалось ощущение, что сражения, физическая сила и боевые исскуства, подвластные воинам-мужчинам, будут второстепенны, и лишь женская, близкая к самой природе сущность сможет справиться с приближающейся угрозой.

В сердце отца и матери поселились безмерная радость, неизбывная гордость и неизбежное волнение, обещанное рождением такой дочери. Как и постоянная надежда, несмотря ни на что, защитить своё дитя от горестей и боли, избавить от излишних трудностей. Надежда живёт, даже если ум и обстоятельства указывают на то, что она напрасна. Родительская любовь всё равно даёт основание, на которое можно опереться даже в самые сложные времена, почерпнуть сил и идти дальше.