Принцессы ненавидят драконов

Лортан долго молчал, демонстрируя мне пока недоступное качество: думать прежде, чем говорить.

грустные мысли опять набежали стадом и затоптали крохи позитивного мышления.

Я тоже не могу привыкнуть к тому, что приходится быть взрослой. Но моего мнения, увы, никто не спрашивал. Жизнь просто сказала «пора».

Вот что значит репутация: я ещё не начала никому мстить, а все уже перепугались и умоляют остановиться.

С молоком матери я впитала мудрость: напакостил – беги.

Линд! – крикнула я. – Не трогай дедушку, он такой старый, что даже антикварный! До конца жизни не расплатимся!

Не бракованный, а женатый.

В день отъезда с неба лилось что-то мерзкое и серое. Астар называл это «дождиком», а я окрестила «мрязью», скрестив грязь и мразь. Точнее и не скажешь: земля под ногами превратилась в кашу, а над головами сгустились серые тучи.

– А если кто-то узнает, что бывший король теперь живет в болоте, спит с нечистью и питается мотыльками?
– Скажешь, что пенсионная реформа требует доработки.

Первое правило спасательной операции: убедись, что спасать не придется тебя.

Надеюсь, хотя бы обойдется без нравоучений «общайтесь, дети, дружите, когда меня не станет – вы будете опорой друг для друга, а если меня не станет из-за вас – подельниками».

Но месть – блюдо, которое я подам вне зависимости от того, хотят они там жрать или нет. Горячая, теплая, холодная – какая получится. Выйдет ледяная – сосать заставлю.

Смерть бывает внезапной, несправедливой, и тебе всегда чего-то не хватает. Одной встречи, последнего разговора, важного совета. В случае, когда речь идет об отце, никогда не будет хватать последних встреч.

Нам стоит наслаждаться уникальностью времени, в которое мы живем, а не пытаться его изменить.

– А мне в детстве хотелось пони. Но папа сказал, что не будет дарить животное, потому что оно сдохнет, я буду плакать, а он будет чувствовать себя виноватым. Поэтому мне подарили гусли.

– Принцессы закончились, – буркнула я, отворачиваясь. – Остались горгон и мертвая собака.

– Со скоростью «ух ты ж блин, как в морду ветер бьет!». Линд, откуда я, по-твоему, знаю? Я дракон, а не математик.

Пересчитывая ступеньки всеми конечностями, он сильно обогатил мой запас матерных слов, выдрал себе клок рыжих волос и, кажется, случайно успел меня облапать. Или не очень случайно, я не разобрала – пыталась не потерять зубы.

– Ох ты ж, тварища какая!

На драконьей морде появилось выражение глубочайшей обиды.

– Ой, прошу прощения, это муж. Не признала.

Вот как у вас так получилось, а? – хмыкнула я. – Один сын – ну золото. И умненький, и даже симпатичный. А второй… оторви и выбрось. Вы что, когда его делали, болели?