Тринадцать

чувства беспомощности, горя и страха опьяняли его, дарили радость почище любых наркотиков на планете

(стр. 9)

я был бы в команде в некотором роде расходным материалом - либо героем, либо козлом отпущения

(стр. 40)

насильственная смерть всегда рассказывает свою собственную историю. написанную на жертвах. в их ранах. на их коже. а иногда и в их глазах

(стр. 85)

доброта и сопереживание были ему неведомы. по его представлениям, во всём этом не было нужды. ему не требовалось испытывать к людям какие-то чувства, потому что он был не таким, как все остальные. ввсе они были ниже его. он был особенным

(стр. 175)

что бы хорошего вы про меня ни слышали, всё это, скорее всего, неправда. а то, что вы слышали про меня плохого, - это наверняка лишь верхушка айсберга

(стр. 195)

три - и в самом деле магическое число. оно занимает некое важое место у нас в голове, и мы постоянно встречаем её в нашей культуре и в повседневной жизни. если вам разок позвонили и ошиблись номером - ну что ж, бывает. если тот же человек звонит вам во второй раз - это совпадение. третий такой звонок - и вы понимаете, что что-то неладно. число три ассоциируется у нас в голове с некой формой правды или факта. оно в некотором роде священно. иисус воскрес на третий день. святая троица. на третий раз повезёт. три страйка - и аут

(стр. 222)

те, кто за счёт усердного труда или простого везения всё-таки добился своего, превозносились как иконы

(стр. 230)

фото не лгут, так что не было смысла зря тратить время, вызывая его в качестве свидетеля, чтобы просто подтвердить подлинность снимков

(стр. 232)

все мы в детстве чего-то боялись. буку, чудища из шкафа или дьявола, прячущегося под кроватью. и наши родители говорили нам, что это лишь плод нашего воображения. что не бывает никаких демонов. никаких чудовищ. но они всё-таки есть

(стр. 285)

на уголовном процессе криминалистические улики - это господь бог. но я-то адвокат защиты. я-то на стороне дьявола. а он не всегда играет по-честному

(стр. 331)

вонзая нож или чувствуя, как чьё-то горло подаётся под руками, он получал удовольствие от страха или панике на лице жертвы. ненависти никогда не было места в его деле

(стр. 336)

иногда единственное, что есть у адвоката защиты, - это его голос. проблема в том, что этот же голос, что заказывает "ещё одну на дорожку"; тот же голос, который губит твой брак; тот же голос, который пускает коту под хвост всё, что у тебя есть. но сейчас он должен был спасти человеческую жизнь. слова никогда не бывают настолько весомы, как тогда, когда они обращены к кому-то ещё

(стр. 363)