Токийский Зодиак

В жизни человека может случиться событие, когда он как бы оказывается на грани жизни и смерти.

Все двадцать с лишним лет службы меня не оставляло желание поскорее доработать до увольнения и спокойно выйти на пенсию. Страстное, невинное желание, как у девушки, мечтающей стать невестой.

И все же это замечательно. Лучше, наверное, умереть, сжимая в руке веревку пантографа, чем превратиться в немощного старика, обузу для детей и внуков. Думаю, любой мужчина предпочел бы такую смерть.

Но мне в голову пришел не «Кот», а маленький кусочек из другой книги Сосэки – «Подушка из травы»: «Будешь жить только умом – прослывешь неуживчивым. Будешь вести свою лодку в потоке эмоций – унесет течением. Непросто жить в нашем мире…»

Дома тоже бывают поношенными, как старые шины.

– Тебя послушать – все женщины расчетливы. Это несправедливо.
– А то, что мужики одержимы мыслью, что женщина должна быть воплощением скромности и добродетели, справедливо?

Просто наука все время развивается. Она не может топтаться на месте. Рано или поздно в начальной школе детей будут учить тому, как распространяются в космическом пространстве электромагнитные волны, как гравитация искривляет пространство и замедляет время, а мы будем казаться детям динозаврами, обитателями дома престарелых.

Что еще?.. Холмс считался мастером переодевания. Он часто бродил по городу, нарядившись старухой, – напяливал седой парик, приклеивал густые брови, брал в руки зонтик от солнца. Знаешь, какого роста был Холмс? Почти метр девяносто. Представляешь такую старушку? Это или переодетый мужчина, или какой-то оборотень. В Лондоне все покатывались со смеха, глядя на это зрелище: «А-а! Шерлок Холмс идет!» И только Ватсон ничего не замечал.

Однако даже самые блестящие планы бессильны перед ходом истории.

Ему, как всякой артистической натуре, свойственны чудачества. Он мог ни с того ни с сего прийти в восторг от вкуса купленной зубной пасты и радоваться ему целый день; мог впасть в уныние только потому, что в его любимом ресторане что-то не так сделали со столами, и три дня подряд вздыхать по этому поводу.