Разыскивается суженый! Работников Мчс не предлагать

Что просто женщины, что лягушки, всё равно, все бабы одинаковые!

Если не получится у нас всё по-хорошему, то будет насилие.

— Слушай, — я решил немного разрядить обстановку, — а я слышал, что у лягушек в слюне есть что-то типа клея. Не хочешь одолжить немного, чтобы самые крупные раны замазать?
Она ошарашенно перевела взгляд на мой живот, а потом совершенно искренне поинтересовалась:
— Ты идиот?

... в этом лесу полно грибов, которые мы с Вашим Высочеством сейчас и пожарим. Если, конечно, Вы соблаговолите просветить меня, какие из них не ядовитые.
— Все ядовитые! — я сложила лапки на груди и с вызовом на него уставилась. — Вот прям все, что видишь, все и ядовитые.

— Может, перемирие? — предложил я.
— В твоих мечтах, кальсонный, — огрызнулась она, мельком на меня взглянув.

Эй ты, как там тебя, вставай! У меня нет времени, чтобы ты здесь разлёживался. С какого царства будешь?
— С федерации... Российской, — как-то подозрительно тихо проговорил мужчина.

Когда я поднял с пола голову и посмотрел на лягушку, дёргая поочередно всеми мышцами на лице одновременно, она не выдержала этого зрелища и, сложив лапки на груди, грохнулась в обморок. На этот раз, даже настоящий.
— М-да, Миш… Умеешь ты производить впечатление… — задумчиво промурчал Мурополк.

— Быстро, четко, по существу. Где мы, что угрожает, и куда бежать?
— Пусть земля нам будет пухом… — вместо ответа трагически вздохнул Кот.

А вот глаза у него красивые, серебристые, словно блеск стали. А уж если злится… Прямо переливаются! Надо почаще выводить его, что ли, из себя…

Рыцарь был хорош. Однозначно хорош! Начиная с того, что на нём не было ни лат, не доспехов, ни рубахи, одни только полосатые кальсоны висели на бёдрах… А из-под них ноги волосатые торчали. Так что я успела хорошо рассмотреть! И единственное, что выдавало в нём рыцаря – металлический шлем, правда, нелепой формы.