Пісня вічних дощів

Желтые завитки ее магии беспрепятственно сочились из нее, когда Ларкира плакала, пытаясь дышать. Однако не из-за теперь отсутствующего пальца. В конце концов, у нее все еще было девять других, и она знала, что есть души, которым гораздо хуже, чем ей.

«О потерянные боги, – в отчаянии подумала Ларкира, пробираясь через нижние кварталы и крепко сжимая поврежденную руку. – Если бы я только могла чувствовать все, что хочу!» Смеяться, кричать, визжать и выкрикивать имена, не боясь, что магия сплетется со словами.

И кроме того, если все идет не так, как планировалось вначале, то, возможно, лучше сойти с намеченного пути.

Смех прогонит любую тьму, которая может явиться на твои поиски

Своеобразие – лишь начало того, кто они есть.

– Но ты должна знать, что твой контроль победил. Ибо магия, которую ты мне показала, была совсем не болезненной, или ты забыла, что исцелила?
– Но я причинила тебе боль, когда ты проснулся. Я…
– Возможно, вначале, – перебил он. – Но теперь… теперь ты напомнила мне, что не все прикосновения пронизаны болью. – Когда Дариус озвучил эту мысль, волна шока пронзила его, и в тот же момент бремя упало с его плеч.

– Но как он узнает, кто они и где находятся?
Ларкира остановилась на лестнице, ведущей с освещенной улицы.
– Дело в том, – сказала она, – что я точно не знаю. Надо просто сообщить ему о своих намерениях и освободить его.
– Не самый надежный способ доставки посланий.
– Вот только мотыльки всегда доставляют сообщения.

В моем будущем нет места для жены.
Почему эти слова причиняли такую острую боль?
– Но что, если мы добьемся успеха и Лаклан вновь станет таким, каким ты его помнишь? – уточнила она.
– Если бы я осмелился даже надеяться на такой день, – сказал Дариус, – боюсь, мне не стать таким, каким я был раньше. А кому нужен такой сломленный человек, как я?
– Ты не сломлен, Дариус. – Ларкира коснулась его руки и заметила, как Дариус все еще вздрагивал от ее прикосновений.

– Я не из тех, кто осуждает других за их шрамы или несчастья.