– Зачем я тебе?
– Люблю.

надо было прямо там, у воды, забросить Людмилу на плечо, уволочь в лес и взять свое, а уж поутру жрецов ловить, как остальные сладившие пары…
Но нет, с княжеской дочкой нельзя так, не оценил бы Владимир и не простил. И поскакал бы Руслан обратно к родным южным берегам Роси без жены, а может, и без чего-нибудь еще, что не сумел в штанах удержать.

У зла много лиц. Порой они невинны с виду, а порой смотришь в чьи-то глаза и понимаешь: вот оно, зло, как есть зло злющее...

– Ведьма во врагах – горе, а в друзьях – истинное счастье.

– О чем ты мечтаешь, княжна? – спросил тогда колдун, едва на порог шагнув, и она выкрикнула без раздумий:
– Вернуться домой!
А он рассмеялся:
– Ложь. Не я тебя сюда привел, а нестерпимое желание из дома сбежать. Так зачем теперь возвращаться?

«Ежели случилось все так – прими, – говорил отец. – Ежели коробит нутро – борись».

Я тебе так скажу: не у всякого сундука двойное дно имеется, а вот палец занозить о любой можно. Не кривись, не кривись, тут просто всё. Не ищи того, чего нет, не домысливай, по поступкам суди да сердце слушай. Ну а если негож тебе поступок… вынь занозу да новый сундук купи.
Ну или хоть себе признайся, что жить не можешь без занозы этой.

Не надо мне никого щупать, чтоб знать: в человеке всякого полно и не всё тебе по сердцу придётся.

Но в чем сходились все сказы и побывальщины, так это в несметных богатствах чуди. Не нуждалась она в злате, каменьях и шелках, потому и стекались сокровища в их пещеры рекой.
Дотья любила поучать этим ребятню: «Не по жажде непомерной нам воздают, не по страсти. Чтобы править умом и сердцем, нужно не хотеть власти. Чтобы получить многое, надобно к малому стремиться».

Если миру плевать на меня, то мне — на мир.

Выбор был очевиден. А значит, выбора опять не было.

- Это же просто терем!
Фира со стоном распрямилась и закатила глаза.

• А раньше была просто изба. Просто пещера. Просто тропа. Как ты жив-то до сих пор?

Путь, он, знаешь ли, всякий бывает. Прямой, кружной, в гору и под гору, но куда важнее мысли, что каждый шаг навеивает. Ведь ежели весь свет обходишь и прежним остаёшься, то разве ж это путь? Так, мёртвое время и зазря стёртые ноги...

- В сердце своё смотри, - отрезала Фира и отстранилась. - Там больше правды, чем в колдовстве. И добра больше.

Ведь если весь свет обходишь и прежним останешься, то разве ж это путь?

Так, мёртвое время и зазря стёртые ноги...

Не у всякого родителя есть сердце.