Гиблое дело Лорет Энн Уайт: «Кто писал — не знаю, а я, дурак, читаю»
Лорет Энн Уайт — это тот уникальный автор, чьи книги гарантированно дарят мне интересные тягучие истории, завораживают своей мрачной атмосферой и пугают необъятными шкафами, полными фамильных тайн, годами ждавших своего часа. К тому же она имеет довольно редкий дар, особенно если оглядываться на нынешний уровень современной прозы — увлекать с первых же страниц и не отпускать из этого плена до финального аккорда. Но «и на старуху бывает проруха», и вот меня постигло первое разочарование в нашем столь давнем знакомстве с автором. Более того, оно было столь жестоким, что я до сих пор не могу смириться с этим фактом.
Это небольшое произведение словно писал не привычный мне мастер психологического триллера и детективного романа, а делающий первые шаги в деле сочинительства любитель, чей набросок будущего захватывающего расследования опасных преступлений в суровых и живописных реалиях, спешно перенесённый на бумагу, издательство опубликовало по ошибке, приняв за законченную работу. К сожалению, для меня лично всё именно так — треск крушения всех моих иллюзий и ожиданий преследовал меня на протяжении всего чтения, с каждой прочитанной страницей отдаваясь всё большим гулким эхом лопающихся надежд на атмосферный вечер.
Увы, надежда Адама оказалась тщетной. Кошмар сбылся.
А как замечательно всё начиналось. Пролог романа, повествующий о трагических событиях далёкого прошлого, в котором автор давала вполне себе очевидные намёки на личность по крайней мере одного из преступников, дарил надежду, что и эта история никак не выбьется из привычного ряда других столь же интригующих и мрачных, берущих за живое и заставляющих учащённо биться сердца. Маленький городок на Аляске, откуда много лет назад главная героиня практически бежала, разрывая отношения и с этим холодным миром, и с людьми, которые в нём остались. Но столь поспешный побег — а для неё это был шанс получить место в известном журнале, — ещё долгое время будет омрачать ей жизнь.
Заразившись страстью к журналистике, работая в газете своего деда, Мьюринн попадает на съёмочную площадку, где снимают фильм о взрыве на руднике Толкин, и, соблазнённая абсурдными мечтами о славе, она собирает вещи и следует за съёмочной группой в Лос-Анджелес. В крошечном городке Сэйв-Харбор остаются единственный её близкий родственник, которого она будет видеть только урывками и чьи похороны она пропустит из-за того, что, находясь вне зоны доступа в джунглях Западного Папуа, не сможет получить сообщение о его трагичной смерти, а также Джет — человек, которого она любила, но красивые иллюзии оказались на тот момент важнее чувств, а позже уже ничего исправить было нельзя.
Она вернулась! Блудная дочь вернулась... на седьмом месяце беременности, чувствуя себя невероятно одинокой.
«Блудная дочь» вернулась в родной город спустя долгих одиннадцать лет. И сколь предсказуемо, что первый, кто попадается ей на глаза — Джет Ратленд собственной персоной. Бывший возлюбленный, тот, кого она так старательно избегала, провожает сына на паром. И это был первый тревожный для меня звоночек, к которому позже прибавлялись всё новые и новые, пока все они не слились в один оглушительный набат, заставивший меня взглянуть в лицо жестокой реальности: этот роман не станет хорошей историей, даже на весьма посредственный и проходной он тянет с большим трудом. Но всё же тогда я ещё пыталась не замечать очевидного и пребывала в роли той несчастной мышки, что плакала, кололась, но с завидным упорством продолжала грызть этот кактус, цепляясь своими маленькими лапками за эту историю из последних своих мышиных сил.
Жуткая тайна была глубоко погребена в заброшенных черных туннелях рудника Толкин. А убийца все еще расхаживал на свободе среди жителей городка Сэйв-Харбор.
Интригующие находки, которые главная героиня обнаруживает в доме дедушки, дают возможность не только по-новому интерпретировать события далёкого прошлого, но и говорить о том, что Гас О'Доннелл умер не своей смертью. И самое страшное — преступник точно местный житель, кто-то, кто ходит по этим улицам, улыбается при встрече, и ему совершенно не нравится, что столь долго хранимая правда может выйти наружу. Старая трагедия и смерть так и не сумевшего смириться с ней старика должны быть преданы забвению вместе с активной и пытающейся докопаться до правды внучкой. Когда я погружалась в столь волнительные вводные, мне казалось: вот он — луч солнца в тёмном царстве этой глянцевой мелодрамы, но дальше автор скатилась в дешёвый бульварный романчик с элементами «страстной любви». Последняя вызывала лёгкое чувство дурноты не только от полных абсурда и отсутствия логики поступков персонажей, но и от примитивно упрощённого слога автора, украшенного витиеватыми выражениями, видимо, призванными обозначить большую и страстную любовь, но по факту вызывающими единственное желание закатывать глаза и глубоко дышать, пытаясь справиться с чувством подступающей тошноты.
Я... ничего. Просто мне... – Она смущенно усмехнулась. – Мне приснился дурной сон...
И как закономерный итог — роман мне не понравился. А больше всего я негодовала от того факта, что вся задумка могла с лёгкостью претендовать на стоящую и весьма увлекательную историю, если бы только автор нашла время и потратила чуть больше сил на её реализацию. Мне не хватило многого: и подробностей давней трагедии, и раскрытия образов персонажей, и не столь «в лоб» обозначенного преступника, и не притянутой за уши развязки сюжета, но для «гармонии» я получила и многое в избытке — несусветную глупость и бешеную страсть. Как там у Чехова: «Кто писал — не знаю, а я, дурак, читаю».
36 понравилось
