Тени у костра

«Это называется телейдоскоп, – вспоминает Вик. – Когда у тебя вместо цветных стеклышек – горькая реальность»

Счел себя всесильным, непобедимым? Только не на наших землях. Здесь ты либо в стае, либо добыча.

Иные бури приходят вслед за людьми, метафорические и не очень, сокрытые под кожей и в самой глубине или бурлящие на поверхности, только руку протяни. А другие ты не замечаешь, потому что находишься в самом их центре, где ветер не воет, молнии не выбивают из земли искры, а дождь не пронизывает насквозь.

У Наоми осталось несколько заказанных через интернет маек, которые не подошли ей, но она хранила их просто на всякий случай. Например, на случай, если она пульнет в друга, которого сама и позвала, банкой с мороженым.

Глядя на развешанные по ее стенам ритуальные маски, на связки сухих трав в кухне и плотные шторы, они все наверняка вспоминали, чему их учили бабушки.
С ведьмами лучше дружить.

Дом часто забирал вещи и далеко не всегда возвращал их. В детстве мама говорила Доре, что так происходит потому, что та не убирает игрушки. Дора расстраивалась, искала их в больших шкафах в дальних комнатах или украдкой на чердаке, куда ей не разрешали подниматься. Но никогда не находила. Дом возвращал вещи сам, если только того хотел.

Она всегда любила его, и в непогоду в его стенах становилось особенно уютно. Дора часто смотрела из окна на улицу, когда там шел ливень или гремел гром, лежал снег. Она всегда знала, что это ее не коснется, что дом достаточно надежен. Что он защитит ее.

– А пойдемте к реке? – предложила Олена. – Венки пускать будем!
– Где это слыхано, чтобы вдова венок пускала? – удивилась Вела.
– Сегодня вдова, завтра жена. – Мила толкнула ее плечом. – Ты ж первая красавица в деревне, не будешь вечно вдовствовать, если из дома выходить начнешь.

Он поет, и я с тихой ненавистью зажимаю уши: коты могут замурчать тебя, свести с ума, лишить воли, и ты сам, покорный, пойдешь им в пасть. Слушать его нельзя.

– Пунктуальность – это то, что отличает джентльмена от обезьяны, – ответил посетитель. – Пунктуальность и отсутствие привычки чесаться в публичных местах.

– Ненавижу тебя!
Доктор достал из кармана пальто небольшую коробку.
– Что ж, тогда придется мне съесть все печенье «Твитти» самому.
– Ладно, я ненавижу тебя чуть меньше.

– Мертвец ко мне ходит, а вы не удивляетесь даже? – Голос ее дрожал.
– А чему тут удивляться? – Матушка рукой махнула. – Деды часто про заложных покойников рассказывают, да только кто ж их слушает, да?

Онни сделал жене кофе, а сам, как всегда, пил крепкий черный чай с молоком. Это его пристрастие порождало бесконечные шутки насчет того, что в их паре на самом деле русский – он, а блондинка Алина со своим кофеманством самая что ни на есть финская финка.

А в сердце у Лии вспыхивают и гаснут звезды, вращаются галактики и простирается бесконечная космическая тьма, которую легко заметить, если долго всматриваться в глубину зрачков.
Жаль, что никак не выйдет обнять, прижать к груди, поцеловать всем собой…

Когда от тоски природа меняет масть,
А ветер на псах и птицах срывает злость,
Тогда зима открывает пошире пасть
И ты понимаешь: вот оно, началось.
Никита Дорофеев. Черновик

Самый привычный для нее способ признаваться в любви — быть рядом, когда и сам бы от себя сбежал.

Можешь дрожать и бегать сколько влезет, но время вспять не повернешь, и потому с каждым шагом вперед будет легче.

В больших и шумных городах на тебя обращали куда меньше внимания, и вся эта хваленая глубинка никак не способствовала отшельническому саморазвитию.

Мы с котом разглядываем следы, и внутри меня зреет смутное ощущение, что Закону не осталось места в Лесу. Убивать пятерых детенышей и слабого самца Мать пришла не одна, а со всей свитой. Никто не вступился за ее же потомство. Сама мысль тронуть кого-то из своих не ради милосердия и честной смерти была кощунством, но Мать легко преступила Закон. Я - лучшая из ее дочерей. Пора крови взять свое.

— О, добрый вечер, доктор Доу! Вы как всегда, пунктуальны.
— Пунктуальность — это то, что отличает джентльмена от обезьяны, — ответил посетитель. — Пунктуальность и отсутствие привычки чесаться в публичных местах.