Призрачный театр

"Призрачный театр" Мэта Османа мог получиться практически идеальным развлекательным романом на стыке атмосферной исторической реконструкции (конец любопытнейшей эпохи Елизаветы в Англии), магического реализма и подростковой лав стори. По крайней мере, все предпосылки для этого были. И это "были" здесь не случайно. Автор, по совместительству гитарист рок-группы Suede (между прочим, входит в большую четвёрку брит-попа наравне с Oasis, Blur и Pulp) и брат Ричарда Османа (ироничные бестселлеры из цикла "Клуб убийств по четвергам") придумал оригинальный сеттинг, соединил лёгкое фэнтези с бэкграундом эпохи, добавил небанальную театральную линию, закрутил всё это поэтическим языком и свёл вместе двух молодых героев, полных надежд и любви. Наконец, завершил всё очень удачным финалом, а это, надо признать, редкая птица в литературных краях, где обычно гудок уходит в пар уже по ходу. Казалось бы, что здесь могло пойти не так? Да и кто сказал, что оно прямо-таки пошло?

Но общую картину портит ряд очень важных нюансов. Во-первых, за магией мира и удивительно выразительным сообществом, члены которого предсказывают судьбу по стаям птиц (о них, ей богу, можно было написать отдельную книгу), Осман забыл о том, что история должна куда-то идти. Три четверти романа в нём решительно ничего не происходит, герои варятся во внутреннем и внешнем мирах, смакуют детали, играют в театре, говорят – и на этом всё! Резкие повороты и решения автор оставляет на финал. И сам сюжет не превращается в нечто большее, чем настроение, сеттинг и все эти нюансы, а текст так и не вырастает из фэнтезийного сна. Во-вторых, слишком рано писатель раскрывает романтические карты. С первой встречи на крыше всё предельно понятно, так что любовь крутится слишком быстро и предсказуемо.

Если же вы любите неспешно погружаться в почти сериальную атмосферу, проживать с героями минуты и часы без какой-то существенно большой идеи, то "Призрачный театр" может вызвать восторг. Это уютная, эмоциональная и поэтическая история о волшебстве в нашей жизни.

Жанр/поджанр: магреализм, альтернативная история
Сюжетные ходы: театр и театральные представления, пир во время чумы, мятеж, оргии, предсказания будущего.
Композиция: линейная, как в спектакле, разделенная не на главы, а на акты и части
Основная аудитория: поклонники истории и театра
Аналоги: Бокаччо Декамерон, Диккенс Оливер Твист, Конни Уиллис Книга страшного суда
Общее впечатление: очень смешанное. С одной стороны, видно, что история необычная и направлена на широкую аудиторию, а с другой – есть перебор со многими деталями, поэтому вообще сомневаюсь, что именно в таком виде понравится всем. Да, здесь есть и исторический Лондон, и театральное закулисье, и даже щепотка мистики, но… Уж больно тяжело воспринимается такой франкенштейн. Книга сильно на любителя.

Плюсы.
Альтернативный Лондон 16 века. Я люблю Лондон и его историю, пусть даже она довольно мрачная. Но вот у Диккенса и Бронте почему-то получилось передать те реалии с лучиком света в конце тоннеля, тогда как Осман склонен видеть всё исключительно в темных тонах. Но даже так я с удовольствием смотрела на изначальный театр Глобус и прочие приметные места.

Театральная жизнь. Не скажу, что всё мне понравилось в этом закулисье, но некоторые моменты действительно грели: постановки, когда актеры зачастую импровизировали и выдавали собственные куски, и выбор репертуара, и определенную семейную общность труппы. И даже сама идея показать реальную жизнь в качестве спектакля заинтересовала. Театр и труппа – неотъемлемая часть книги, причем самая интересная, из-за которой я вообще и взялась читать.

Любопытный фантдоп. Хотя оракулы издревна предсказывали будущее по полету птиц, не так часто встречалась в книге завязанная на этом религия. Тут же есть целое поселение людей, которые наблюдают за богами-птицами и предсказывают по полету будущее – Бердлинг, и птицы-фамильяры, самые разные: от соколов до воробьев. Соколы всех видов каждый вечер образуют мурмурацию и танцуют в воздухе.

Интересная завязка: главной героине Шей помог убежать от тварей актер театра, после чего привел на представление и познакомил с друзьями. Вместе они решают открыть свой театр - Призрачный театр, где показывают реальные зарисовки из жизни, во время которых Шей делала предсказания, провоцируя одновременно оргии или сумасшествие.

Минусы.
Герои. К сожалению, герои оказались хоть и интересными, но малоприятными, а для меня это главный критерий оценки книг. Увы, и сама Шей была слишком овцовой, и Бесподобный эгоистичным, и мальчишки из труппы гедонистичными, и даже слепой отец-лодочник странным, чтобы вызывать сочувствие. Особенно напрягал, конечно Бесподобный, который чаще всего называет себя Люцифером, а на сцене играет женщин: Клеопатру, королеву...

Много непристойностей и общая мерзость повествования: все поголовно мужчины Лондона пристают к Шей с грязными предложениями, шлёпают по задницам, ужасный первый перепихон между актами спектакля сменяется не менее ужасным и неромантичным постоянным сексом... Мочатся прямо во время представления, исследуют помет трупов павлинов...

Грязная изнанка театра. Мальчиков (всем исполнителям ролей до 15 лет) после спектакля еще и продают клиентам для частных представлений. Слишком это отдает разного рода извращениями, чтобы привлекать.

Неинтересные представления. Вот вы бы пошли просто послушать про будни ничем не примечательных оборванцев и сирот? Сомневаюсь. А они давали именно такие «честные» спектакли, где рассказывали от своего имени про шлюх, бедняков, висельников...

Язык. Мне в первую очередь не понравился сам стиль повествования. Думаю, автор стремился к реализму Диккенса, но точно неудачно. Плюс сам язык был спорной художественной ценности. Например, употребление странных словечек, типа «соколиха».

Пир во время чумы. Почему, собственно, я и сравнила с Бокаччо – это присутствие чумы и попытки сплясать на костях мертвых во имя собственных целей.

Концовка. Особенно добила концовка. Я уже не знала, как бы домучить книгу, много раз откладывала, но всё же дождалась финала и… Это жесть! Надо какие-то пометки делать о таком итоге, чтобы оптимисты вроде меня и вообще не брались бы за чтение. Да, обыграно, конечно в таком пафосном ключе, но блин, я просто очень долго ругалась.