Ковен озера Шамплейн

Я любила тишину, но такую, какая вдруг повисла сейчас, – нет. В такой тишине легче всего было вдруг разрыдаться...

— Чудила, но красавчик.

Почему все божества, бахвалясь своим превосходством, так ревностно стремятся походить на слабых людей?

– Я карманница, а не домушница. Выносить квартиры слишком уж муторно.

Что-то не так? – спросил Джулиан с бездушной улыбкой на рябиновых губах.

Одинаковые метки. Одна душа на двоих. Одна судьба.

Ты сумеешь преодолеть все, с чем бы тебе ни пришлось столкнуться, потому что Верховная – это не титул. Верховная – это природа.

Не «ничего», а очень чего. То есть…
– Ага, я геометричная и симпатичная, как ромб.

Одиночество для вора – приговор: десятки безлюдных скверов, а значит, и отсутствие тех, кого можно обокрасть.

Кто бы мог подумать, что новость о существовании магии впечатлит его даже больше, чем магазинная акция "Две бутылки глинтвейна по цене одной"

«– Сколько у меня ресниц? – вдруг спросил Гидеон серьёзно, и Коул выпалил быстрее, чем я успела посмотреть на его веки:

– Двести три.

Гидеон удовлетворительно кивнул.

– А у тебя двести девятнадцать.»

"Торжественная музыка врачует рассудок, отуманенный буземьем. Он кипящий мозг твой исцелит... Встань здесь и знай, что ты во власти чар моих. Надежды нет... И в этом вся надежда".

Я похож на ту роковую опухоль, что убила нашу мать, только управился быстрее. "Верховная умерла - да здравствует Верховная!" Ты плакала, когда услышала это. "Ковен умер - да здравставет ковен!" Так звучит гораздо лучше. И плакать совсем не хочется, правда же?

Если увидите женщину в бальном платье - бегите! Это миссис Митчилл. Вы состаритесь и умрете раньше, чем она закончит перечислять вам всех своих любовников.

Морская соль делает нас сильнее, если заговорить ее и принять внутрь, но обжигает и ослабляет, если коснется кожи. У всех вещей две стороны.

Час расплаты может настать не сразу, но он неминуем.

Вовсе не ведьмы роднятся с дьяволом, а современна Конституция. Тьфу!

Надежды нет. И в этом вся надежда