F20. Балансировать на грани

молчит, и я молчу. Не хочу быть ей в тягость.
— Поздравляю с успешной презентацией, - не выдерживаю. Просто хочу услышать ее голос. Она отворачивается и выходит из комнаты. Кажется, я ее чем-то обидел.
Беру пакет из тумбочки, складываю туда необходимый минимум одежды, аптечку и свой последний ежедневник, - самые важные на данный момент предметы. Наверное, она хочет, чтобы я скорее освободил ее квартиру, но у меня нет моральных сил заниматься этим прямо сейчас. Может, она сама выбросит остальные вещи?
Наверное, нужно что-то сказать, поблагодарить ее за это время, за ее внимание. Сказать, что я люблю ее. Возможно, следует попытаться поговорить.
Но она молчит, и я молчу
Я уже подхожу к цели, как она меня обгоняет, встает перед входной дверью, широко расставляя руки и ноги, кричит:
— Не пущу! Слышишь? Я тебя никуда не пущу! - кричит громко, до хрипоты, слезы брызгают из глаз. - Олег, не уходи, не бросай меня, я умоляю, я все сделаю. Прости меня, только не бросай!
— Аля, я...
— Не пущу! - кричит, и я не узнаю ее звенящий голос, переходящий на визг. Рыдает. Бесы. Я делаю шаг к ней, хочу ее успокоить, но она кричит: - Нет! Не пущу тебя! – Она думает, что я хочу уйти, но как же мне подойти к ней, если она стоит на пути к двери?! Медленно опускаю пакет на пол.
— Я никуда не ухожу, Аля. Не собирался даже, - держу руки перед собой, как обычно, пытаюсь ее успокоить. Сердце колотится, мысли в хаотичном порядке проносятся в голове, пытаюсь придумать, как сейчас поступить, чтобы не навредить ей. Понимаю, что она не владеет собой.
— Не лги мне! - кричит и топает ногами, ее трясет, бесы, у нее истерика. Я полностью теряюсь, так как ни разу не видел ее в таком состоянии. - Ты хочешь бросить меня, оставить одну! - Кровь прыскает из носа. - Я тебя на пущу!
— Алечка, я никуда не уйду от тебя, родная, девочка моя, ты что, иди ко мне, - уговариваю ее, пытаясь скрыть свой страх за нее. Я развожу руки, приглашая обнять себя, но она мне не верит.
— Ты лжешь! - указывает на пакет с лекарствами. - Ты собрал вещи и хотел меня бросить!
С этими словами она бросается на колени и обнимает мои ноги, я тут же приседаю, пытаюсь ее поднять, прижать к груди, но она отбивается, дрыгается, трясется, кричит и рыдает, всхлипывая и заикаясь.
— Не уходи, не бросай меня, Олег, я умоляю тебя, - очень жалобно, дрогнувшим голосом.
— Глупышка моя, я собирался выбросить мусор, - говорю нежно, хотя меня самого потряхивает от понимания ситуации. Она в шаге от психоза. - Ты что навыдумывала, маленькая?
— Мусор? - не верит. - Это же твои лекарства.
— Да? - делаю вид, что удивляюсь. - Вот я придурок! Перепутал! Вот видишь, какой я забывчивый. Как я без тебя? – обнимаю. Наконец, удается прижать ее к себе. - Я без тебя и дня не проживу, да что там, и часа.
— Я тебя сильно обидела, я тобой пренебрегла. Олег, я себя ненавижу, я такая дрянь. Ты тоже должен ненавидеть меня.
— Ты что такое говоришь, дурочка моя, - крепче прижимаю ее к себе, поднимаюсь и несу в комнату, присаживаюсь с ней на диван, надеясь, что если мы окажемся подальше от входной двери, ей станет легче.
— Я тебя недостойна, - рыдает.
— Это же была наша игра. Девочка моя, единственная, самая родная. - Укачиваю ее. - Ты же самый важный человек в моей жизни, я сразу понял, что это такая игра.
— Игра? - переспрашивает, всхлипывая, видит свою кровь на моей рубашке, пугается. Я вижу, как округляются ее глаза, она смотрит на свои испачканные руки.
— Конечно игра, - силком поднимаю подбородок, заставляя смотреть на мое лицо, пытаясь отвлечь. - Я себя отвратительно вел, заставлял тебя ревновать, уделял тебе мало внимания, вот ты и решила наказать меня, дать понять, что достойна большего. Я все понял и клянусь, что буду внимательнее. Обещаю стараться лучше, прости меня, Алечка.
— Что ты такое говоришь? Ты хотел уйти.
— Да нет же! Даже если бы ты меня выгнала, я бы жил под твоей дверью, - говорю абсолютно серьезным голосом, она хихикает сквозь слезы. - Честное слово, так бы и было. Я от тебя никуда не денусь, хоть ногами выпихивай. - Глажу ее, говорю шепотом и так нежно, как только могу, стараясь скрыть собственное волнение.
— Ты, правда, меня не бросишь? - продолжает плакать. Вытираю рукой ее слезы и кровь с лица, которая все еще идет, хоть и тише. Она вся перепачкана, не понимает что делает, продолжает нервничать. Чувствует влагу, хочет потрогать нос, но я резко убираю ее руки, прижимаю к себе, целую в макушку:
— Это слезки, малышка. Кровь не твоя, не волнуйся. Я никогда тебя не оставлю. У меня и мысли такой не было.
— Олег, я просто подумала, что... - она развела руками, громко всхлипывая.
— Я с тобой, родная, с тобой моя принцесса, моя маленькая, моя хорошая, - практически напеваю, укачивая ее. - Без тебя меня не будет, ты же знаешь. Больше, - снова вытираю слезы и кровь с ее лица, - больше чтобы такого я от тебя не слышал, а то обижусь.
Она кивает несколько раз с энтузиазмом.
— Олег, я так устала. Смертельно устала. У меня нет сил, я выдохлась, сдулась. Сергей давит, запретил говорить, что я живу с тобой, и я послушалась. Будь проклят этот договор! А потом ты не пришел ночевать, и на работе тебя не было, а я боялась звонить. Так боялась, что ты сбросишь, что будешь недоступен. А больше всего, что не придешь! Мне плохо без тебя.
— Я знаю, маленькая, - шепчу, качаясь вместе с ней вперед-назад.
— На работе требуют от меня результат каждый день. Сергей требует. А я все делаю и делаю, делаю и делаю. Олег, - она снова начинает плакать, - я же тебя предала, из-за работы.
— Еще чего, вот придумала. Ничего ты меня не предала. Забыла? Это была игра. Наша игра.
Кивает.
— Олег, если ты меня оставишь, я не выживу.
— Знаю, - еле слышно говорю я. Ее сердце колотится, как у новорожденного, она ледяная, трясется. Но, кажется, помаленьку успокаивается, нам получается удержаться, мне удается удержать ее до того, как она переступит грань.
— Олег, можно, я не пойду завтра на работу?
— Конечно, я все устрою.
— Олег, - плачет, - я хочу родить ребеночка.
— Тогда у тебя будет ребеночек, - убаюкиваю.
— Я хочу от тебя.
— Значит, будет от меня.
— А он не будет болеть?
— Мы научим его жить, не нервничая, он никогда не будет болеть.
— А можно прямо сейчас?
— Нужно, - целую ее в лоб, - только дай мне пару минут отдышаться. - Прижимаю ее к себе, прикрываю глаза, облегченно выдыхая. Неужели мы победили на этот раз? О, Господи, она почти попала в ад, через который пришлось пройти мне. Сколько жизней испорчено из-за ненужных стрессов, неприятностей, о которых через неделю и не вспомнишь. Мы слишком близко принимаем к сердцу вещи, которыми по-хорошему следует пренебречь, проблемы, решения которых у нас перед носом. Нужно лишь протянуть руки. Нет, я ее не отдам, чего бы мне это не стоило. У Али все будет хорошо.

— Куда ты собрался заехать?! — кричит она. Понимаю, что ей не до шуток, пытаюсь не смеяться, но губы сами расплываются в улыбке. Борьба, отражающаяся на моем лице, еще больше раздражает Алю: — Да ты…Да я…Ты совсем обнаглел?!
— Аля, да ладно тебе…
Она хватает со стола мышку и запускает в меня. Еле успеваю пригнуться, мышка звонко ударяется о стену и разбивается.
— Вы портите имущество компании! — восклицаю я.
— Я сейчас испорчу работника компании! — хватает со стола ежедневник, — я вычту мышь из твоей зарплаты, имей в виду.
— Да ради Бога! — понимаю, что нужно спасаться бегством, пригибаясь, отпрыгиваю к выходу, открываю-закрываю за собой дверь, слышу, как об нее ударяется что-то тяжелое.