Болотница

Что же за Анцыбаловка такая, деревня без упоминания на карте. Зачем вообще ее построили?

Но скорость звука меньше скорости света. И ты услышишь, но позже, чем нужно.

Того, кто не имеет твёрдой веры, гораздо легче убедить в самом невероятном, и зло будет воспринимать со спокойствием, а не стойкостью.

Мама, когда я была совсем маленькой и боялась засыпать без света, всегда успокаивала меня: «Ты боишься не темноты, а того, что не видишь, есть опасность или нет. Но дома у нас никакой опасности быть не может, так что и бояться темноты нечего». Сейчас я тоже не боялась темноты. Вот только это не мой безопасный дом, где каждая вещь знакома. И темнота может отлично скрывать опасность.

– Вертаешь их, а они уже и не они ж вовсе.
– В смысле, не они?
– Не те, которы ушли. Лучше и не вертать. Для всех же лучше.
– Почему? – настойчиво переспросила я.
Лицо бабушки сморщилось, будто я брызнула в нее лимоном.
– Точно не скажу, – все же решилась ответить она. – Сказывают же, будто вселялся в них кто.
– Они были, как зомби? – уточнила я.
– Какая така еще зомбя? – не поняла старуха.

Терпеть не могу таких собак, про которых не поймешь, что у них на уме. Вроде не трогает тебя, но где гарантия, что она просто равнодушная, а не ждет удобного случая, когда ты потеряешь бдительность?

Казалось, маму интересует исключительно, чтобы я была здорова и сыта, причем чтобы пища была «нормальная», то есть не одни бутерброды.

Она это говорит обманчиво успокаивающим тоном и при этом чуть насмешливо улыбается, да так, что улыбочкой своей полностью меняет успокоительный смысл слов.