Цитаты из книги Подросток

Это эгоистическая черта; отвлечённо могут говорить одни только эгоисты.

...он был практичнее меня, но вряд ли реальнее. Реализм, ограничивающийся кончиком своего носа, опаснее самой безумной фантастичности, потому что слеп.

Без фактов чувств не опишешь.

На малое терпение у меня часто не доставало характера,... а на большее - всегда достанет.

...нынешнее время - это время золотой середины и бесчувствия, страсти к невежеству, лени, неспособности к делу и потребности всего готового. Никто не задумывается.

Самый подлый из всех развратов - это вешаться на шею.

- Самоубийство есть самый великий грех человеческий, — ответил он, вздохнув, — но судья тут — един лишь господь, ибо ему лишь известно все, всякий предел и всякая мера. Нам же беспременно надо молиться о таковом грешнике. Каждый раз, как услышишь о таковом грехе, то, отходя ко сну, помолись за сего грешника умиленно; хотя бы только воздохни о нем к богу; даже хотя бы ты и не знал его вовсе, — тем доходнее твоя молитва будет о нем.

Я тысячу раз дивился на эту способность человека (и, кажется, русского человека по преимуществу) лелеять в душе своей высочайший идеал рядом с величайшей подлостью, и все совершенно искренно. Широкость ли это особенная в русском человеке, которая его далеко поведет, или просто подлость - вот вопрос!

И мыслю так, что чем больше ума прибывает, тем больше и скуки. Да и то взять: учат с тех пор, какмир стоит, а чему же они научили доброму, чтобы мир был самое прекрасное и веселое и всякорадости преисполненное жилище?

... А разве нельзя только пойти к ним, разузнать от них обо всем и вдруг уйти от них навсегда, пройдя безвредно мимо чудес и чудовищ?...

Упорство и непрерывность

Мало опровергнуть прекрасную идею, надо заменить ее равноценным прекрасным

Исключение, беспрерывно повторяющиеся, обращается в общее правило

И он был прав... в тысячу раз правее всех этих идеалистов. Он - реалист

In vino veritas. (Истина в вине.)

Это как-то само собою в сердце делается, безо всякого предварительного расчета; но такая любовь, сильная к слабому, бывает иногда несравненно сильнее и мучительнее, чем любовь равных характеров, потому что невольно берешь на себя ответственность за своего слабого друга. Я по крайней мере так думаю.