Маруся и Лазурный вор

Отвратительно-медная рожа с перламутрово-жёлтым отливом, какой бывает у чистокровных голодианцев. Тех самых, что женщин своих продают в сексуальное рабство. Их планета — средоточие похоти и разврата.

Самый элитный бордель древнего центра Вселенной, порочная экономика которого построена на гигантской машине узаконенной секс-индустрии. Вся мужская половина великий и несокрушимой Империи Деус мечтала там побывать, поразвлечься или даже уже побывала…

Мужчины-голодианцы особой привлекательностью не отличались. Носатые, лысые, низкорослые, они рано толстели, и даже молодые курсанты Космической Академии с их проклятой планеты на фоне подтянутых и спортивных сокурсников выглядели как жирненькие старики. К сожалению, эти уродцы учились именно на моём факультете, так что сталкиваться с ними приходилось часто.

Их сальные взгляды полупрозрачных круглых глаз вызывали во мне исключительно омерзительное ощущение, как и сейчас.

Армада Имперского флота стояла на выходе из пространства, когда-то наречённого Сумраком ещё в незапамятные времена, на заре истории человека разумного. Наследство древней цивилизации, рукотворная сеть, попадая в которую все материальные тела больше не подчинялись законам вселенского времени и пространства. Сумрак пронизан был реперными маршрутами от маяка к маяку, и “увидеть” корабль, находившийся вне, было физически невозможно. Так, до сих пор им казалось. Они были в этом уверены.

А сейчас ощущали себя, как мальчишки, вдруг узнавшие, что планета их — шар.

А родители занимаются сексом.

А герои любимого фильма — лишь генерация нейросети.

— Скажи, то, что ты видишь сейчас, ничего тебе не напоминает? — притронувшись губами к кончику моего, тут же стремительно покрасневшего уха, он мягко спросил.

—Детские сны, — я тут же нашлась, что ответить ему. — В них я также летала.

— Верно, — снова трепетный быстрый поцелуй. — Древняя искра ярче всего зажигается в детском сознании. Память предков. Мы передаём её из поколения в поколение. И, утеряв это семечко разума, современное человечество сгинет, растает в бездонных просторах известного космоса… — Грей произносил эти слова нараспев, словно читал мне молитву. — Так же, как это когда-то случилось с нашими общими древними предками.

—Древний запрет на эксперименты над разумом? Один из семи главных Законов Империи берёт свои корни отсюда? — я не сдержалась, потёршись спиной о живот капитана. Он рвано вздохнул.

— Написаны эти законы были последними древними. Потомками тех, кто остался. В это тяжело поверить, но в моём мире ты сможешь увидеть своими глазами остатки протоцивилизации. Я очень на это надеюсь. Древняя цивилизация пала, но её технологии мы унаследовали. И до недавних пор даже ими владели...