Цитаты из книги Das Drachenschwert

- Иногда проще довериться врагу, чем другу. Враг не предаст доверия.

— А может, он и вправду был священником, — пожал плечами Шершень. — Это же мастер Кит. Скажи он нам, что взошел пешком по отвесному склону, чтобы распить кувшин пива на двоих с луной, я бы поверил.

— Все мы смертны. Все когда-то погибнет — люди, города, империи. Вопрос лишь — когда.

С самых пор, как Джорей научился говорить, братья стали непримиримы, как дождь и пламя, однако преданность их друг другу от этого не пострадала. Ровно то же у Клары некогда было с родной сестрой: «никто не причинит ей вреда, кроме меня, — и я ее когда-нибудь уничтожу». Любовь порой бывает страшна.

В торговом деле без кофеен не обойтись. В Столлборне и Руккьюпале — холодных портах, где зимой солнце заходит уже в полдень, — купцы и капитаны ведут разговоры над дымящейся кружкой, грея о нее руки в рукавицах. Там, где под лунным светом широко разливаются воды Миваджи, кочевые племена южнецов, попивая густую, как ил, жидкость, декламируют стихи в перерывах между бурным торгом за серебро и пряности. В мире, который оставили после себя драконы, кофе и торговля неразделимы.

Рабочий люд, простой и безыскусный, понимал лишь свои нехитрые истины и судить о большом мире мог не лучше, чем капля дождя или древесный сучок.

Тогда будем истово молиться, чтобы монарший скипетр его величества оказался пригоден к делу, ибо, кроме нового наследника, нам надеяться не на что.

Он, правда, не любил солдат, не любил войну. Говорил, что вселенную можно завоевать двумя способами: мечом в руке и кошельком.

Если нам предстоит осознать свободу человечества — нам прежде нужно осознать рабство.

В мире все смешно - но только если смотреть издалека.

— Что толку побеждать в битвах, если проиграна война?

И все же, пусть с оговорками, оборот рассуждений в тексте завораживал: если сведений нет и факты утрачены навсегда — можно искать отголоски в других событиях и по ним восстанавливать прошлое. По кругам на поверхности озера видеть, куда упал камень.

Внезапные перемены, даже радостные, слишком уж смахивают на бедствие.

Король — не скульптор при нетронутой глыбе камня, он не может создать фигуры по своему разумению. Он как покупатель, который приходит к скульптору и выбирает из готового.

— Драконы погибли не из-за войны. А из-за того, что войну никто не возглавил. Семье нужен отец, королевству — король. Ты должен быть во главе событий, а если нет — люди выберут другого вождя. И вот тогда-то останется одно: путь дракона.

Доусон даже не нашел в себе сил разозлиться: трусость и стадная сплочённость вполне в характере простонародья. Винить их — все равно что винить овцу за то, что она блеет.

— Верность королю — не заговор, — уточнил Доусон. — А настрой всей жизни. То, что мы должны демонстрировать постоянно.

Банк, – говорил магистр Иманиэль, – это не только золото и серебро. к ним должно прилагаться знание.

Власть имущие везде и всегда будут выбирать одних в фавориты, других в шуты.