Все ведьмы – стервы, или Ректору больше (не) наливать

- Обычно девушки питаются пыльцой фей, пьют нектар с лепестков роз и не какают. А мужчины не задают бестактные вопросы.

— Тогда скажи, Миневррра, есть у тебя в академии пррроблемные ведьмы?
— Есть, конечно, как не быть? Скорее у нас нет не проблемных.

Это только в высшем свете продолжают считать нас людьми второго сорта. Но, по-моему, в этом высшем свете без этого никак. Им обязательно нужно разделить людей на сорта и себе присвоить высший.

— О да, — ответила я и, отвлекшись от пугавшей меня лестницы, посмотрела на дракона. И увидела, что он самым бесстыжим образом пялится мне в вырез платья! — Хватит выпячивать свои недостатки и пялиться ко мне в… достоинства! — снова прошипела я.
— Кхе-кхе-кхе, — внезапно раздался над ухом похожий на кашель смех Главного ворона, и он уселся на плечо ректора. — Тильдочка, то, что у мужчин выпячивается при взгляде на женские достоинства, называется по-др-р-ругому. — Кхе-кхе-кхе.

— ...Знаешь, какая самая действенная магия в общении с лавочниками и трактирщиками? — усмехнулась она, глядя на мое вытянувшееся лицо. Чем-чем, а магией тетушка точно никакой не обладала, и подобное заявление оказалось очень интригующим. — Магия денег.

— Ну и обезболивающее от ректора еще не развеялось. А что там за сплетни вы успели услышать?
— О-о-о! — протянула Нэлла. — От фееричной «Дракон влюбился в ведьму и уносит ее в свое логово» до мрачной «Ведьма в первый учебный день успела так довести ректора, что он ее упокоил и прячет труп».

— Вырез на платье нужно было чуть меньше делать, тогда бы всякие конопатые так не пялились, — не удержавшись, съязвила я.
— Если бы у тебя была грудь, ты бы поняла, что дело не в вырезе, а просто в ее наличии, — парировала она.
— Если бы у тебя были мозги, не пришлось бы гордиться своими прыщиками.

Адепты притихли, не зная, чего ждать от странного травника. Я бы легко представила его преподавателем боевой подготовки, на крайний случай рунологии, но травничество…
Мотнула головой, отгоняя наваждение, в котором магистр Ритер, подобно беззаботной пастушке в чепчике, скачет с корзинкой наперевес по полям и лугам и с умилением кладет в нее травку.

– Доброе утро, уважаемые преподаватели и адепты Высшей академии магии, – прозвучал усиленный магией удивительно знакомый голос, в котором я услышала предгрозовые раскаты моей скорой кончины.

Не веря своим ушам, я ме-е-едленно повернула голову к возвышению и встретилась с многозначительно сощуренными глазами того, кого здесь просто не могло быть!