Цитаты из книги Unnatural Causes

Иногда я жалел его, но в его обществе побуждение к милосердию длилось не более десяти минут.

Никто не в силах показать всем, на что способен, когда торопится.

... самая распространенная, банальнейшая из человеческих трагедий. Вы любите кого-то. Он или она не любит вас. Хуже того: вопреки собственным интересам и только чтобы нарушить ваш покой, они любят кого-то другого. Что бы делала половина поэтов и романистов мира без этой всеобщей трагикомедии?

Никто не знает по-настоящему другого человека. Любой человек способен на что угодно.

Для Джейн Далглиш человек таков, какой он есть, и пытаться его переделать – глупо, а жалеть – неприлично.

Разумеется, ведь ни извинений, ни объяснений от него не требовалось. Перед прислугой и домашней живностью не оправдываются в своих слабостях. Потому-то так удобно, так полезно иметь в доме прирученную душу.

Как говорил учитель и шеф Далглиша, любовь, страсть, ненависть и корысть – вот и все возможные мотивы убийства. Схематически это верно. Но в реальной жизни сколько людей, столько мотивов. Сейчас, понимал Далглиш, Реклесс уже перебирает в своей отравленной памяти все аналогичные случаи, когда ростки подозрительности, одиночества и иррациональной неприязни вдруг расцветали пышным цветом насилия и смерти.

Или вы смиряетесь со смертью в первый год учёбы или работы, или вам приходится отказаться от профессии медсестры.

Если вы собираетесь совершить грех, то уж лучше совершить его с умом. В противном случае вы не только отрицаете Господа, но и оскорбляете Его...

- Вы, сестра, кажется, совсем не уважаете мужчин, - заметил Дэлглиш. - Напротив, очень уважаю. Просто не люблю их. Но нельзя не уважать тот пол, который довел эгоизм до уровня искусства.

Он прожил достаточно, чтобы знать, что ничто так не освобождает от иллюзий, как знакомство со знаменитостью.

То ли дело я, счастливчик: я от себя в восторге!

Время на обдумывание у меня было не ограничено, когда он умрет, не имело значения. И от этого только увлекательнее – можно спланировать такое сложное, научное убийство, какого нипочем не придумать, если поджимают сроки. Тут я согласна с Морисом. Впопыхах шедевр не создашь.

Это был модный уэстэндский врач, и притом превосходный терапевт. Его пациенты да и он сам свято верили в непогрешимость его суждений, и, как острили в свете, никто из них не отважился бы ни есть, ни пить, ни жениться, ни родить, ни эмигрировать, ни помереть без его на то медицинского дозволения.

... не ложись в постель с женщиной, если утром тебе или ей будет стыдно об этом вспоминать. Хорошее правило. Несколько ущемляет сексуальную свободу, зато оказывается иногда, как видим, очень удобным.

Человеку не дано глубоко познать душу другого человека.

Мы, англичане, очень легко прощаем наших врагов: это освобождает нас от обязанности любить наших друзей.

Повиновение законному начальству — прежде всего. Ваша работа основана на дисциплине, так что не мне вам рассказывать. Только когда повиновение становится автоматическим, когда дисциплина признается и даже приветствуется, только тогда можно приобрести мудрость и мужество, необходимые для того, чтобы без риска выйти за рамки правил в нужный момент. Ум и творческий подход в уходе за больным опасны, если они не основаны на дисциплине.