Последнее дело Холмса

Поединок в детективе идёт не между убийцей и сыщиком, а между автором и читателем.

В необычном заключено мало тайны. Обыденность – вот, что по-настоящему ошеломляет нас.

Ход времени не меняет суть событий, а всего лишь поворачивает их под другим углом.

Обычно люди отвечают не на то, о чём их спрашивают, а на то, что по их мнению спрашивающий имел ввиду.

– Так или иначе, мне кажется, что для сочинения детективов нужна виртуозная литературная техника.

Он неопределенно пожал плечами:

– Пожалуй, тут важней другое – умение отказаться от того, что принято называть «серьезная литература».

Как правило, женщины хотят изменить нас. А мы – чтобы они не менялись.

Поведение многочисленной общности людей можно рассчитать с математической точностью, а отдельный индивидуум совершенно непредсказуем.

Порой приходишь к верному решению ошибочным путём.

Если что-то кажется необъяснимым, это ещё не значит, что объяснения в самом деле нет.

Если у кого-то хватит ума совершить преступление, всегда найдется и тот, кто придумает, как его раскрыть.

Подлинное искусство детективщика... заключается в не в том, чтобы рассказать историю, а в том, чтобы читатель - ошибаясь или нет - рассказал ее самому себе.

Надо оглушить читателя, показывая ему что-либо, и ослепить его, рассказывая. Играть с его способностью ошибаться и с его забывчивостью. Самое главное – выдвинуть идею, потом спрятать ее, слить со всем тем, что может привести читателя к другой идее...

– Преступник – создатель некоего произведения?

– Да.

– А кто же тогда сыщик? – спросил я с улыбкой.

– Критик, разбирающий его творение по косточкам.

Порой в преступлении проявляется истинный талант.

«У людей нашей профессии, Хоппи, есть только один способ сохранить рассудок и жизнь: не опаздывай на съемку, не путай текст, произноси его как можно лучше, забирай деньги и к шести вечера возвращайся к семейному очагу».

А старость в стесненных материальных обстоятельствах – это ад.

Иногда двадцатью правильно поставленными вопросами можно непреложно установить, что думает тот или иной человек.

Объяснение есть у каждой ситуации, ибо в противном случае она бы не возникала.

– Для того, кто умеет слышать, – ответил я, – ложь иногда оказывается важнее, чем правда.

– Когда известна череда поступков, всякий может предсказать результат. Иное дело – зная результат, восстановить цепь событий.