Цитаты из книги Goriot Baba

Наполеон не съедал двух обедов и не мог иметь любовниц больше, чем студент-медик, живущий при Больнице капуцинов. Наше счастье, дорогой мой, всегда будет заключено в границах между подошвами наших ног и нашим теменем, - стоит ли оно нам миллион или сто луидоров в год, наше внутреннее ощущение от него будет совершенно одинаково.

Если в мужчине есть чувство, ему врожденное, так это - гордость той защитой, какую он всечасно оказывает слабым существам. Добавьте сюда любовь, эту горячую признательность всех честных душ к источнику их наслаждений, и вам понятно станет множество своеобразных явлений в духовной жизни.

Кстати, еще две-три мысли из области высшей политики, и вы увидите мир таким, каков он есть. В нем надо разыгрывать маленькие добродетельные сценки, и тогда человек высокого полета может удовлетворять все свои капризы под громкие аплодисменты дураков в партере.

Кто решил, что более ужасно: взирать на черствые сердца или на пустые черепа?

- Я знаю, - говорил Растиньяк, - две пары брюк его работы, которые способствовали двум женитьбам, приносившим двадцать тысяч дохода в год.

Какой физиономист способен разгадать характер человека так же быстро, как это делает собака, сразу чувствуя при виде незнакомца, друг он ей или не друг?

В Париже, чтобы хорошо знать все, что творится вокруг, не следует спать по ночам.

Если отцов будут топтать ногами, отечество погибнет. <… > Общество, весь мир держится отцовством, все рухнет, если дети перестанут любить своих отцов.

Человек далек от совершенства. Он лицемерен иной раз больше, иной раз меньше, а дураки болтают, что один нравственен, а другой нет.

В Париже успех — все, это залог власти.

"Будь принципы и законы непреложны, народы не сменяли бы их, как мы - рубашку".

Викторина смело могла бы поспорить красотою с любой, самой красивой, девушкой. Ей не хватало того, что женщину перерождает, – тряпок и любовных писем. Ее история могла бы стать сюжетом целой книги.

Но я люблю вас. У меня страсть жертвовать собой другому человеку.

Я разрешаю вам презирать меня уже с нынешнего дня, будучи уверен, что потом вы станете меня любить.

Девушка ради чужого счастья становится хитра, как вор. Сама по себе простушка, она предусмотрительна ради меня; это ангел, который не понимает земных прегрешений, но прощает их.

- Отдельная личность не обязана быть мудрее целой нации. -(Вотрен).

Если вы когда-нибудь копнете в сердце парижской женщины, то раньше вы найдете там ростовщика, а потом уже любовника.

Неудача всегда дает нам чувствовать власть наших притязаний.

Я глубоко заглянул в жизнь и признаю только одно подлинное чувство: взаимную дружбу двух мужчин.