Кроваво-красные бисквиты

Добрым делом это будет, если я вам помогу так, без денег, а если вы мне заплатите, это уже будет никакое не доброе дело, а коммерческая сделка.

Сломать можно все, даже то, что в принципе сломать нельзя. Но ради чего ломать?

Наши люди любят, когда кто-то что-то делает без видимой корысти, это похоже на подвижничество. Какой прок приезжать из губернии и ухаживать за могилой?

Мстить человеку, которого никогда не видела, за человека, которого не помнишь, это, должен сказать, какая-то… какая-то несуразица. Тут что-то другое.

Да, ты прав, без лошади нам пока не обойтись. Но я надеюсь, что когда-нибудь, в будущем, люди найдут способ заменить лошадь.

Да, железная дорога – это великое дело! Не будь железной дороги, сколько бы времени нам понадобилось, чтобы добраться до Сорокопута? Никак не меньше двух суток, на лошадях, да по скверной дороге, удобств никаких, жутко даже себе представить. А раньше как-то люди ездили и ничего, добирались до места назначения.

Философия Никиты Станиславовича заключалась в следующем: служа в полиции, на каждое действие нужно обязательно составить бумагу. А можно просто составить бумагу, что такое-то или такое-то действие было произведено. Но чтобы производить действие, а бумаги не составлять – это было выше всякого понимания, это была дурость в чистом виде, так это понимал Померанцев.

Воспитанный в системе определенных ценностей, он не считал важным совершать какие-либо действия, он считал важным, чтобы документы были в порядке. Ведь вышестоящее начальство судит о тебе и твоей работе не по действиям, а по правильно составленной документации.

Слежка – это искусство, а не ремесло, слежке учиться надо. Преступник, он ведь во сто крат осторожнее, чем мы, он тебя сразу же заприметит.

Фон Шпинне всегда восхищался этой способностью своего чиновника особых поручений с легкостью ориентироваться в любом незнакомом месте. Там, где другой человек закружится и заплутает, Кочкин всегда находил дорогу. Было у него какое-то неестественное чутье.

Ведь кладбище – это место печали и скорби, и не столько об умерших, сколько об нас самих!

Слухи – они ведь просто так не ходят. Дыма, как известно, без огня не бывает…

Главное, что было при старом губернаторе, не разрушай. Если оно до сих пор живо, значит, работает.

Не имею привычки что-либо менять. Как вы знаете, я человек военный, гарнизонная жизнь приучила к тому, что все вокруг временное. И стоит ли в таком случае обременять себя лишней, а главное, ненужной работой?

И еще одно запомни – что с возу упало, то пропало!

Была бы спина, найдется и вина! Эта поговорка, скорее всего, родилась именно в кабинетах следователей.

Но моя уверенность – это все-таки моя уверенность. Я же человек, а человеку свойственно ошибаться.

Служба у нас такая. Если в нашем ремесле не хитрить, то цена нам – четверть копейки в базарный день!

Отравление – это дело тихое, незаметное, яд обычно подмешивают и жертву об этом в известность не ставят.

В идеализме нет выгоды – согласен. Но выгода – это ведь не всегда хорошо, в особенности для нашей души.