Берег Утопии

(...) Это имущество состояло из семисот душ. Что не так на картине? Да ничего. Просто это Россия. Поместье здесь измеряется не в десятинах, а в количестве взрослых крепостных душ мужского пола. И борцом за перемены здесь становится не взбунтовавшийся раб, а раскаявшийся рабовладелец. Поразительная страна!

Белинский: Но я хочу быть литературным критиком!
Станкевич: Это работа для тех, чья вторая книга не оправдала ожиданий.

Ни в одном сословии, кроме нашего, не считается нормальным поведением с мрачным видом выйти на снег и разрядить друг в друга пистолеты просто потому, что, если верить анонимному писаке, женщина, которая когда-то волновала в тебе кровь, а теперь лишь раздражает тебя, увлечена человеком, который пока ещё находится на первой стадии.

СТАНКЕВИЧ. Бог, в понимании Шеллинга, - это космос, единство природы, которое пробивается к сознанию, и человек - первая победа на этом пути, животные дышат ему в затылок, овощи несколько отстают, а камням пока еще печем похвастаться. Как в это поверить? Представь, что это стихи или живопись. Искусство не должно быть верно, как теорема. Оно может быть правдиво иначе. Его правда заключена в том, что во всем есть смысл и что в человеке этот смысл становится очевидным.

Я бы тоже закричала, если б проснулась, а у меня на кровати – русские!

Как заговоришь о России, сразу все путается.

Если бы эти люди были врачами, то они бы рассматривали вам гланды через задницу…

«Марш сюда, марш туда, на караул, где фуражка?» Вы даже не можете себе представить, вся армия одержима игрой в солдатики…