"...всякое преступление отпускается, но только не преступление против святого духа"

«Помню одно ее слово; я как-то сказал ей, что все мы, современные люди, надломленные... "Надламывать себя не для чего, - промолвила она, - надо всего себя переломить или уж не трогать...»

Женщина в двадцать восемь лет, жена и мать, не должна походить на девочку: недаром же она жила. 

Кто знает, сколько каждый живущий на земле оставляет семян, которым суждено взойти только после его смерти? Кто скажет, какой таинственной цепью связана судьба человека с судьбой его детей, его потомства, и как отражаются на них его стремления, как взыскиваются с них его ошибки? Мы все должны смириться и преклонить головы перед Неведомым.

Любовь все-таки эгоизм; а в мои годы эгоистом быть непозволительно: нельзя в тридцать семь лет жить для себя; должно жить с пользой, с целью на земле, исполнять свой долг, свое дело.

Стыдиться - это тоже признак молодости.

Мне все как будто хотелось сказать ей что-то; но я молчал.

Одно досадно: муж тут же вертится.

Я содрогаюсь, сердцу больно.
Мне стыдно идолов своих.

но умственные способности его не развились с тех пор, как мы его знали.

Прошедшее, словно из земли, внезапно выросло передо мною, так и надвинулось на меня.

Берлин начал терять свою притягательную силу.

И, вообрази себе, эта мысль о женитьбе нисколько не пугала меня тогда. Напротив: я обрадовался ей.

Из недра вековых лесов, с бессмертного лона вод поднимается тот же голос: «Мне нет до тебя дела, – говорит природа человеку, – я царствую, а ты хлопочи о том, как бы не умереть».

Суется в волки, а хвост собачий.

“- Не сообразное с законами натуры! - повторил с сердцем Антон Степаныч, которому, видимо, понравилась эта фраза"

Жалобы, раздражая, утомляют печаль

«Дерзай заблуждаться и мечтать!» Шиллер