Германия. Полная история страны

После Первой мировой Германия была унижена, но это давало немцам волю к борьбе и жажду реванша. Они продолжали считать себя правыми и строили планы вернуться в число великих держав. Безоговорочная капитуляций после Второй мировой была капитуляцией во всех смыслах – в военном, политическом и моральном плане. Немцы потеряли веру не только в свое правительство, но и в свою идеологию, будущее, порядок, правильность своей жизни – во все то, что было фундаментом их общества.

Германия была разорвана на несколько частей – так называемые оккупационные зоны, а потом официально продолжила существовать как два государства: ФРГ и ГДР. И новое общество стало строиться на новых ценностях и установках, главным из которых стало чувство вины.

Императорский указ, известный под названием «Вормский эдикт», запретил учение Лютера, а его труды приговорил к сожжению, но это уже не помогло. Опального «смутьяна» поддержал курфюрст Саксонии Фридрих Мудрый, который приютил Лютера в своих владениях, где тот перевел на немецкий язык Новый Завет.

Сейчас трудно представить себе, что это значило. Ну подумаешь, перевод, что в этом такого? Но в XVI веке это была идеологическая бомба. Священные тексты всегда писались только на греческом или латыни, что делало их доступным только для образованной верхушки общества. И до народа смысл вероучения доводили священники, это была их прерогатива. А теперь любой грамотный человек мог сам прочитать Евангелие и самостоятельно сделать выводы. То есть Лютер делом поддержал свою идею о том, что в посредничестве церкви между Богом и людьми нет никакой необходимости.

На рубеже XV и XVI вв. немецкие земли, как и ранее, являлись составной частью Священной Римской империи германской нации. В ее состав входили обширные территории в центре Европы: германские земли (Тюрингия, Саксония, Вюртемберг, Франкония, Рейнская область, Бавария, Швабия и др.), колонизированная зона на востоке Центральной Европы, австрийские наследственные владения Габсбургов, земли чешской короны, Эльзас, Лотарингское герцогство, Нидерланды. Причем с середины XV в. понятие “империя” уже регулярно связывается только с германскими землями, что было связано с представлениями о “немецкой нации” как обладательнице имперского достоинства, а о немецких землях – как ядре империи. Тем не менее термин “Германия” по-прежнему сохранял сугубо территориальное значение. К началу раннего Нового времени Германия оставалась политически раздробленной, не имела общего управления, единого центра и включала более 200 различных государственных образований, среди них 7 курфюршеств, 24 светских и около 50 духовных княжеств, 85 имперских и “вольных” городов

После смерти Карла в 1378 году, наступил очередной период склок и параллельного правления нескольких королей, пока после прекращения Люксембургской династии в 1437 году королем Германии не был избран Альбрехт II Габсбург. Это было важное событие, потому что он занимал одновременно престолы Австрии, Чехии, Венгрии и Германии. В дальнейшем, с 1438 года и до падения Священной Римской империи в 1806 году, престол империи постоянно (кроме короткого периода 1742–1745 годов) занимали Габсбурги. И это несмотря на то, что императоров продолжали избирать.

...прочный союз императорской власти с городами так и не сложился. Поддержка городских движений носила конъюнктурный характер и в любой момент могла обернуться в свою противоположность. Это заставляло города вести самостоятельную политическую игру. Начиная со второй половины XIII в. они становятся реальной политической силой, объединяясь для защиты своих экономических и политических интересов в региональные союзы.

Первым таким значительным объединением стал созданный в 1254 г. Союз рейнских городов, куда вошли города, расположенные по обоим берегам Рейна от Кёльна до Базеля. Затем возникли другие объединения… Самым могущественным из них являлась Ганза – торговый и политический союз северонемецких городов, объединявший в пору своего расцвета (в XIV – первой половине XV в.) до 160 городов.

Археологи считают, что прагерманцы поселились на севере современной Германии в начале III тысячелетия до н. э. Ну а первая культура, которую уже точно можно считать предшествующей германской, называется Ясторфская.

Зародилась она где-то около 750 года до н. э., в нижнем течении Везера и Эльбы, в Шлезвиг-Гольштейне, на юге Ютландии, в Альтмарке и Западном Мекленбурге. Именно Ясторфскую культуру по основным признакам можно назвать достаточно самобытной, чтобы не путать с соседними кельтскими (надо сказать, куда более развитыми).

«Германия признавалась ответственной за развязывание войны и должна была возместить ущерб, нанесенный военными действиями. Общую сумму ущерба победители предполагали определить до 1 мая 1921 г. До этого срока они требовали выплатить 20 млрд марок золотом, ценными бумагами, товарами. Кроме того, Германия должна была передать союзникам почти весь свой торговый флот, а также поставить в течение 10 лет около 400 млн т угля. Были секвестированы все зарубежные германские активы на сумму в 7 млрд долларов. Страны-победительницы получали на пять лет режим наибольшего благоприятствования в торговле с Германией.
(...)
Сухопутная армия сокращалась до 100 тыс. человек, при 4 тыс. офицеров. Распускался генеральный штаб. Всеобщая воинская повинность отменялась, и армия должна была комплектоваться путем добровольного найма. Германии запрещалось иметь на вооружении тяжелую артиллерию, авиацию, танки, подводные лодки. Левый берег Рейна и 50-километровая полоса на правом берегу демилитаризовались… В течение 15 лет здесь должны были находиться оккупационные войска союзников».

Когда возглавлявший веймарское правительство Шейдеман прочитал условия мирного договора, он крикнул: «Пусть отсохнет та рука, которая подпишет договор и наденет на Германию такие кандалы» – и подал в отставку. Но альтернативой была только полная оккупация, поэтому договор был подписан.

Это было роковой ошибкой великих держав – сохранить единую Германию и навязать ей такой унизительный договор. Благодаря ему уставшая от войны страна пошла не по пути демократических преобразований, а по пути, предполагавшему реванш, возвращение несправедливо отобранного и расплату за унижение.

В Средние века довольно многие вопросы подлежали компетенции церковного суда. Тот не мог вынести смертного приговора, да и к телесным наказаниям редко приговаривал, чаще всего он вообще мог только приказать человеку самому себя как-то наказать – поститься, стоять на коленях, заниматься самобичеванием и т. д. И это выполняли. Потому что неподчинение несло за собой ужасную кару, фактически социальную смерть – отлучение.

Отлучение от церкви означало, что человека не будут причащать, венчать, крестить его детей. Он не мог быть свидетелем в суде или занимать какую-либо должность, его присяга больше ничего не стоила. Он не мог заключать сделки – по той же причине. А в случае смерти он не мог быть даже похоронен на кладбище. Человек отвергался обществом, как при жизни, так и после смерти.

Но Карл не только воевал и наводил порядок, по его приказу осушались болота, строились дороги, дворцы, церкви, монастыри и целые города. Открывались школы, центральная из которых – Палатинская академия при королевском дворе в Аахене – стала фактически высшим учебным заведением, из нее вышло немало выдающихся ученых того времени. Карл как никто другой понимал важность образования, и при всей его собственной просвещенности и тяге к культуре, в первую очередь, открывая школы, расценивал их как кузницу кадров – чиновничества и духовенства для службы по всему его огромному государству.

Развивались живопись и архитектура, византийские традиции смело смешивались с римскими и местными – франкскими и германскими. Впрочем, это характерно для всего, что касалось личности Карла Великого и его политики, что, возможно, и стало одной из причин успешности его правления и реформ, подобная гибкость мышления и умение использовать любой накопленный опыт, всегда были редостью.