Разочарованные

Вопреки нашим представлениям, мидия перемещается. Она не прикрепляется куда попало, а выбирает себе камень. Всегда усаживается туда, где уже обитают другие мидии. Она знает, что в одиночку ей не выжить из-за хищников, течений и штормов. Мидии выделяют тонкие липкие нити, ими они и приклеиваются к камню. Когда раковины прижимаются друг к другу, их нити переплетаются и образуют нечто вроде чрезвычайно прочной паутины, которая позволяет им месяцами, а то и годами выдерживать натиск волн, приливы и самые страшные штормы, не сдвигаясь с места ни на миллиметр. Мидии сцепляются друг с другом, чтобы выжить. Они знают, что вместе они сильнее и могут противостоять любой опасности. Спасение в солидарности — об этом мне сказала Анжелика в самом начале нашего знакомства.

Для меня ошибка правосудия — безнаказанность виновных. Мир полон разгуливающих на свободе преступников, которые никогда не окажутся под судом, проживут мирно и счастливо до конца своих дней, на их могилы будут возлагать цветы, в их честь будут произносить хвалебные речи, несмотря на то, что эти изверги разрушили жизни детей. Мне больно это осознавать. Хочется жечь напалмом. Безнаказанность порождается нашим молчанием, всеми этими «не будем выносить сор из избы», «нас это не касается», малодушно отведенными взглядами из страха перед последствиями, отказами обращаться с заявлением в полицию, потому что это можно уладить по-семейному.

Однажды, первый и единственный раз, она употребила слово, которое Анжелика не осмеливалась произнести, даже вполголоса, даже в мыслях. Изнасилование. Шокированная Анжелика, озираясь по сторонам в ужасе, что Моргану могли услышать, прошептала: «Не говори так». Это слово было опасным, оно пугало ее, оно не могло иметь отношения к инциденту в лодочном сарае. Изнасилование – это когда незнакомый дядька ночью на парковке с ножом к горлу, а потом полиция, суд, тюрьма. А у нее-то все было по-другому: старший брат друга перебрал с алкоголем и не принимал отказа. К тому же был до того вежлив, что на следующий день позвонил с извинениями за свою напористость. Мол, не знал, что это ее первый раз. Надо было предупредить, тогда бы он был нежнее. Подумаешь, синяки на руках – там, где он чуть крепче сжал. Ну и немного запачкались в крови и песке ее розовые хлопковые трусики – потом она сожгла их в той же кухонной мойке, что и портреты святых несколькими годами ранее. Нечего делать из мухи слона. Такое случается. Ведь именно так сказала его мать, когда разговаривала с ней.