The Anxious Generation

Так же, как иммунной системе нужно сталкиваться с микробами, а деревьям – с ветром, детям необходимо испытывать неудачи, потрясения и трудности, чтобы развить силу и самостоятельность.

Как молодые деревья на ветру, дети, регулярно сталкивающиеся с небольшим риском, вырастают во взрослых, которые способны без паники справиться с гораздо более серьезными проблемами. Напротив, дети, воспитанные в тепличных условиях, могут оказаться парализованными тревогой еще до того, как достигнут зрелости.

Можно ли считать экранные впечатления менее ценными, чем реальный физический опыт? Когда речь идет о детях, чей мозг эволюционировал в ожидании определенных впечатлений в определенном возрасте, ответ – твердое «да».

Зацикленность на безопасности подразумевает отмену детской самостоятельности.

Именно рост родительских страхов в 1990-х привел к тому, что к 2000 году дети в англоязычных странах практически перестали появляться в общественных местах без присмотра. При этом сами общественные места стали намного безопаснее: в предыдущие десятилетия риски, связанные с преступниками, насильниками и даже пьяными водителями были значительно выше.

Мы неправильно подходим к защите детей. Нужно давать им больше практики, которая потребуется в реальном мире, и откладывать их попадание в онлайн-мир, где преимуществ меньше, а защитных механизмов практически нет.

Многие подростки получают сотни уведомлений в день, то есть могут думать без лишних помех всего пять – десять минут за раз.

Среднестатистический ученик американской начальной школы отдыхает на переменах всего двадцать семь минут в день – разве это не ужас? Даже в федеральных тюрьмах строгого режима в США заключенные гарантированно проводят на свежем воздухе два часа ежедневно.

Это один из самых распространенных человеческих обычаев: люди, которые «преломляют хлеб» вместе, ощущают особую связь.

Избыток контроля и недостаток риска вреден всем детям, но, похоже, особенно сильно сказывается на мальчиках.

Я не могу утверждать, что умеренное использование гаджетов вредно для внимания, но среди активных пользователей мы постоянно наблюдаем худшие результаты – в том числе потому, что многие из них страдают от зависимости, пусть даже частичной.

Люди не могут работать в режиме многозадачности; все, на что мы способны, – это переключать внимание между задачами, при этом тратя значительную его часть на сам процесс.

Когда генерального директора Netflix спросили о конкурентах компании во время разговора с инвесторами, он ответил: «Знаете, когда вас затягивают сериалы на нетфликсе, вы смотрите их допоздна и не спите. Мы конкурируем со сном».

Исследование на основе большого массива данных из Великобритании, проведенное Джин Твенге и ее коллегами, показало, что «интенсивное использование экранных медиа связано с меньшей продолжительностью сна, длительным временем засыпания и частыми пробуждениями ночью».

Люди – существа материальные; прежде чем проводить много времени в виртуальном мире, дети должны научиться управлять своим телом в физическом.

Для здорового развития мозга нужно получать правильный опыт в правильном возрасте и порядке.

Дети, родившиеся в конце 1990-х, стали первым поколением в истории, чье половое созревание прошло в виртуальном мире. В начале 2010-х человечество провело самый масштабный неконтролируемый эксперимент в истории: вручив своим детям смартфоны, мы словно отправили их на Марс.

Власти должны защищать детей от реального насилия, а не от обычных детских занятий.

Люди не впадают в депрессию, когда сталкиваются с угрозами сообща; они впадают в депрессию, когда чувствуют себя изолированными, одинокими и беспомощными.

Исследователи обнаружили, что люди, заставшие начало войны в подростковом возрасте, многие годы спустя демонстрируют более высокий уровень доверия и сотрудничества в лабораторных экспериментах.