Атлас, составленный небом

Фантазия? – спросила Эстер. – Что такое фантазия? То же, что и иллюзия?
– Вовсе нет, фантазия – то, что есть, хотя многим кажется, что его нет. С иллюзией же наоборот, она представляет собой то, чего нет, но многие думают, что есть, – отвечал Драгор и вдоль и поперек.

Все существующее имеет свой сон, и только в сумме со сном все приобретает свои истинные размеры. Безразлично, идет ли речь о видимом или невидимом, оно неполно, если рассматривать его оторванным от сна.

«Что осень распорет, весна заново соткет».

В зависимости от того, с чьей кожей и как интенсивно эти мелодии соприкоснулись, они потрясают или, наоборот, нежно убаюкивают.

И в горе, и в радости мы обычно предлагаем музыку.

Даже самый большой лист бумаги ограничен краями. Если картограф хорошо знает свое дело, то ни одна из дорог не окажется перерезана краем. А если он к тому же обладает воображением, по-настоящему именно с этого места дорога и начинается.

Карты можно составлять без цепей, веревок, шагов, треугольников, компасов, астролябий, теодолитов, циркулей, карандашей, ручек, ластиков, линеек, микрометров, планиметров, транспортиров, курвиметров, подзорных труб, планшетов, миллиметровой бумаги, биноклей, дальномеров, квадрантов, нивелиров, диоптеров и секстантов. Нельзя — без храбрости.

...с давних пор хорошо известно, что кожа может быть тонкой – как прозрачное утро, средней толщины, – похожей на спокойные сумерки, и толстой – вроде облачной ночи. От этого зависит и степень чувствительности человека. В то время как первых может свалить с ног даже снежинка, вторым нипочем целый град метеоров. Однако первые знают, что такое движение бабочки, лунный свет или страсть прикосновения, а для вторых это остается, как ни грустно, тайной.

«У некоторых народов мира бытует мнение, что люди без родинок не имеют души и в силу этого являются вампирами».

«...полная луна, похожая на роскошное колесо старинного парохода, вплыла в синий квадрат нового потолка. Только после того, как ее серебряные лопасти перебрались за середину ночи, мы отправились на покой».