Дворцовая жизнь в эпоху перемен
Книга содержит богатый материал о правлении Генриха VIII, второго монарха из династии Тюдоров на английском престоле. Рассказывается о том, как устроена была повседневная жизнь при дворе Генриха. Мы узнаём о дипломатии, искусстве и социальных нормах той эпохи. О том, как Тюдоры праздновали Рождество и как они справлялись с опасными инфекционными заболеваниями. Знакомимся с художниками, включая прославленного Гольбейна, учёными, врачами и музыкантами, которые работали на короля Генриха. Хотя я ценю то, что автор включила в свой рассказ множество аспектов, некоторые описания мне показались несколько перегруженными. Читать про одежду и украшения, про детали дизайнов королевских дворцов было довольно утомительно. Если Генрих мог позволить себе роскошные дворцы, наряды и развлечения, то в существенной степени это было благодаря тому, что ему посчастливилось унаследовать от отца полную казну. Чаще всего короли того периода завещали своим преемникам долги. Генрих VII, однако, был известен своей бережливостью и умением аккумулировать доходы. Финансовые ресурсы Генриха VIII позволяли ему соперничать с французским королем и императором Священной Римской империи.
Правление Генриха характеризовалось глубокими религиозными и социальными переменами, а также усилением королевской власти. Англия порвала с Римом и отвергла папскую власть. Генрих провозгласил себя главой новой Англиканской церкви. Но эта история хорошо известна, и данная книга не добавляет ничего нового к тому, что уже было много раз пересказано. Генрих одобрил конфискацию богатств монастырей, но, судя по всему, он всегда склонялся к старым обрядам и традициям.
Когда позиция супруги короля становилась вакантной, различные фракции при дворе рассматривали это как возможность. Некоторые видели в Анне Болейн средство свержения кардинала Уолси. Екатерина Говард происходила из консервативной семьи. Это соперничество между консерваторами и сторонниками реформ способствовало падению королев. Тем не менее, есть свидетельства того, что именно Генрих настаивал на казни Екатерины Говард. Скорее всего, ей не было и 20 лет, когда она была осуждена за предполагаемое прелюбодеяние и обезглавлена.
Тюдоры умели превращать политику в театр. Они любили яркие цвета и музыку. Они устраивали турниры, банкеты и другие грандиозные мероприятия, чтобы продемонстрировать свою мощь и ослепить зрителей. Генрих охотно участвовал в рыцарских турнирах, демонстрируя свою физическую форму и мужественный характер, пока не стал слишком тучным и непригодным для таких видов спорта. Время превратило его из атлетичного и привлекательного мужчины в озлобленного, раздражительного, подозрительного человека, страдавшего множеством недугов. По мнению Уэйр, Генрих контролировал противоборствующие фракции и использовал их противоречия, пока тяжело не заболел в самом конце жизни. Она изображает короля впечатлительным и подверженным влиянию того, что ему нашептывали советники и придворные. В то же время монарх был тем, кто большую часть времени держал бразды правления в своих руках. Уэйр подчеркивает отличное образование Генриха. Он интересовался картами, астрономией и механикой, играл на музыкальных инструментах и коллекционировал книги. Впрочем, хорошее образование не всегда означает острый ум, а тем более государственную мудрость. Генрих мне видится человеком среднего ума с сильно раздутым самолюбием. Лесть, порой основанная на искреннем восхищении, и раболепие едва ли помогли ему стать отличным правителем. Уолси и Томас Кромвель были двумя из самых влиятельных, трудолюбивых и политически проницательных советников короля. Первый был опозорен и вскоре умер; второй был арестован, осужден и обезглавлен. Позже король, казалось, пожалел о том, что устранил их. Автор отмечает, что, хотя нам может показаться, будто Генрих потакал каждой своей прихоти, в молодости его считали относительно сдержанным принцем. По сравнению, например, с Франциском I, королём Франции, который славился своей распущенностью. При этом автор упоминает свидетельства, указывающие на то, что Генрих мог быть очень несдержан с женщинами. Не каждый монарх того времени отсылал или казнил своих жен, когда те его разочаровывали, как это делал Генрих. Автор даже предполагает, что Анна Болейн могла быть беременна, когда ее судили и казнили. Элисон Уэйр основывает это утверждение на словах Генриха в одном из его писем. В подтверждение своей аргументации она утверждает, что Анну не осматривали перед казнью и что Генрих хотел избавиться от нее любой ценой. Это предположение показалось мне слишком чудовищным, даже для Генриха. Он не рискнул бы потерять потенциального сына, если бы Анна была беременна. Но кто знает? Я решила исследовать этот вопрос, и оказалось, что теория Уэйр неверна. Она спутала дату письма, на которое ссылается. Речь там шла о том времени, когда Анна была беременна Елизаветой. Справедливости ради, сама автор, похоже, признала, что допустила здесь ошибку.
Одержимость Генриха идеей завести наследника мужского пола можно лучше объяснить, если учесть историю династии Тюдоров и тот факт, что отец Генриха взошел на английский престол под именем Генриха VII в результате кровопролитных Войн Алой и Белой розы. Генрих VIII мог считать, что рождение сына было необходимо для продолжения рода Тюдоров. В своем описании Анны Клевской и её неудачного брака с английским королем Уэйр придерживается стереотипного описания, которое подвергается сомнению (cf., Retha M. Warnicke - The Marrying of Anne of Cleves: Royal Protocol in Early Modern England ) Автор показывает, насколько цинично при дворе относились к добродетели женщин. Даже невинность принцессы Марии, которая, как сообщалось, «не знала нечистых слов», стала предметом насмешливых сомнений.
Исследовательница стремится создать трёхмерный образ короля, что хорошо. Генрих был сложной личностью. Мы можем проследить его эволюцию от молодого, образованного принца эпохи Возрождения до человека, которым он стал гораздо позже. Изменился и его подход к подданным. В начале своего правления он часто проявлял дружелюбие и приветливость, понимая важность доступности для своих подданных. Этому учила и модная тогда гуманистическая традиция. Однако, как признаёт автор, в мировоззрении и поведении Генриха наблюдается преемственность, когда речь заходит об оппозиции и потенциальных угрозах. Он всегда с трудом выносил аргументы, противоречащие его мнению. С возрастом король становился всё более убеждённым, что он всегда прав и благороден.
Уэйр не скрывает недостатков Генриха. Однако мне показалось, что её изображение короля местами склоняется к излишней позитивности. В книге упускаются некоторые примеры жестокости короля, даже по меркам его собственного времени. Одним из примеров является то, как Генрих справился с восстанием Килдэра в Ирландии, о чем в этой книге не упоминается. У Генриха была склонность унижать тех, кто ещё вчера был ему близок, и порой проявлять ненужную жестокость. Подчёркивание деликатной совести Генриха мне показалось несколько излишним.
Уэйр упоминает «мальчика для битья» принца Эдуарда, словно это документально подтвержденный факт, тогда как это очень спорно. Убедительных доказательств существования таких «мальчиков для порки» нет, скорее всего, это миф.
Автор завершает книгу следующими словами:
По прошествии четырехсот пятидесяти лет его харизма по-прежнему интригует нас, и как бы мы о нем ни судили, можно смело согласиться с утверждением Франческо Кьерегато: Генрих превосходил всех, когда-либо носивших корону.
Генрих, безусловно, обладал определённой харизмой, но с мнением Кьерегато я согласиться не могу.
Резюмируя, несмотря на некоторые сомнительные и клишированные сегменты, в целом это подробный и доступно написанный рассказ, содержащий множество имён, дат и значимых событий.
3.75/5
119 понравилось
