Цитаты из книги Смерть в Венеции

Итак, еще юношей, со всех сторон призываемый к подвигу – и к какому подвигу! – он не знал досуга и беспечной молодости.

Давно уже, во всяком случае с тех пор как средства стали позволять ему ездить по всему миру когда вздумается, он смотрел на путешествия как на некую гигиеническую меру, и знал, что ее надо осуществлять время от времени, даже вопреки желаниям и склонностям

Артистические натуры нередко обладают предательской склонностью воздавать хвалу несправедливости, создающей красоту, и принимать сторону аристократической предпочтенности.

Он томился по чистоте, по пристойной мирной жизни, а между тем вдыхал воздух искусства – теплый, сладостный, напоенный ароматами воздух непреходящей весны, в котором все движется, бродит и прорастает в тайном блаженстве созидания.

Он, без сомнения, пребывал в том необыкновенном и торжественно-созерцательном настроении, когда рушатся перегородки между людьми, сердце открывается первому встречному и с губ слетают слова, которые в другое время стыдливо замерли бы на них…

...деликатному человеку, оказавшемуся случайным соглядатаем чужих страстей, претит воспользоваться увиденным даже для собственных размышлений.

«...иные сбиваются с пути только потому, что для них верного пути не существует».

Мы, люди, придумали телеграф и телефон и еще кучу всяких современных новинок, – что правда, то правда. А как посмотришь на звезды, сразу понимаешь, что, в сущности, мы только черви, жалкие черви, и ничего больше.

...люди, которым внутренне приходится намного трудней, чем другим, имеют право на известные внешние удобства...

...достойная преклонения русская литература и есть та святая литература..

...а что возразишь против красивой немногословной женщины.

А может быть, брезгливое чувство к себе вызывало эту жажду уничтожить, растерзать себя, покончить с собою.

Закутавшись в пальто, с книгой на коленях, путешественник отдыхал, и часы текли для него неприметно.

Но куда же годится ,чтобы молоденькая  женщина-ей двадцать четыре года-до такой степени пренебрегала властью,которую нам,женщинам,даровал сама природа?

Они не знали,что маленький горбатый человек,с уморительной важность выступавшим в своём светлом сюртуке и лоснящемся  цилиндре,-как ни странно,он был завзятым щеголем  -,нежно любит свою жизнь,лишенную ярких страстей,но исполнению тихого,нежного счастья,творцом которого он сумел стать.

Ибо его одурманенные голова и сердце, его шаги подчинялись велениям демона, чья излюбленная забава – растоптать разум и достоинство человека.

Deine länglich geschnittenen, blauen, lachenden Augen, du blonde Inge! So schön und heiter wie du kann man nur sein, wenn man nicht >Immensee< liest und niemals versucht, selbst dergleichen zu machen; das ist das Traurige!...

Он еще немного прополз вперед на животе, потом приподнялся на локтях и ничком упал в воду. Больше он не поднял головы, даже не шевельнул ногами, лежавшими на берегу.